У Макса брови с интересом подскочили, в глазах появился дьявольский огонек, а уголки губ потянулись вверх.
Бэт рукой взлохматила мои волосы: «Тогда пойдем еще что-нибудь прикупим. Я смотрю, тебе не нравится быть одной.
Я кивнула, соглашаясь: «Буду ждать тебя».
– Суп восторг, в следующий раз вари побольше, – сказал Влад. Бэт схватила его под руку и потащила за собой.
Стив кивнул, Кристина и Эн крепко обняли меня. Макс выходил последний, наклонился и прошептал: «Я вернусь».
Я притворила дверь и села на диван, не шевелясь. Вернется, сказал он. У меня перехватило дыхание, руки тряслись в предвкушении. Я рукой потянулась за мягким зеленым пледом и от нервов стала его перебирать между пальцев.
Дверь распахнулась спустя десять минут, на пороге стоял Макс.
– Ты хотел быть от меня подальше, – тихо сказала я.
– Как видишь, это не работает. Какой смысл с этим бороться?
Я подскочила к нему, он закрыл дверь и схватил меня, обнимая, накрывая своими губами мои.
«Сегодня», – подумала я, теперь нас ничего не остановит.
Стягивая с него куртку, я потащила его к спальне, следом полетела на пол майка, он снял мою. И тут же стал целовать шею, от этого у меня ноги стали подкашиваться, хорошо, что он держал меня за талию, иначе я упала бы. Мысли путались, кружились и улетали прочь, оставляя только сладостную ломоту в теле. Вся кожа стала одной эрогенной зоной, каждое прикосновение отдавалось томительной болью внизу живота.
– Я думал, что ты будешь хорошей и очень послушной девочкой, но ты меня поражаешь, вечеринку устроила, – выдохнул он хриплым голосом.
Он подтолкнул меня к кровати, мягко опуская на пушистое одеяло, нависая надо мной, не отстраняясь от моих губ ни на мгновенье. С похотью в карих глазах его руки расстегнули мои брюки, он медленно сантиметр за сантиметром потянул их с меня, отбросил в сторону. Я осталась в одном белье, и увидев его взгляд, полный благоговения впервые стала гордиться своим телом. Мне хотелось ему нравиться.
– Детка, ты меня убиваешь.
Умелой рукой расстегнул лифчик и бросил его в неизвестном направлении, его теплые, чуть грубоватые ладони накрыли мою грудь. Стон вырвался из моих легких, Макс заглушил его своим языком.
Мои ладони скользнули по его плечам, поглаживали его татуировку, она возбуждала меня. Я получила то, что хотела, языком скользнула по рисунку, шедшему по плечу и прикрывающему горло.
Настала его очередь, он застонал, шумно дыша.
Его рука прошлась вниз по плоскому животу, все ниже, ниже, скользнула в трусики, поглаживая самое мягкое интимное место.
– Макс, – выдохнула я.
– Да, это я, – ответил он.
Палец скользнул в меня, и я испытала чувство наполнения, волнительное, пленительное, разжигающее желание и уносящее прочь от этого места. Он надавил и начал двигать пальцем во мне. Я начала стонать и извиваться, руки беспорядочно изучали его спину. Я просила, сама не зная чего.
Его пальцы пропали, и я захныкала от потери.
Широко распахнула глаза и уставилась на него. Это не может быть все. Макс снял с себя брюки, я увидела его полностью голым, и только одна мысль проскользнула: если от пальцев было так приятно, но теперь он меня просто порвет на части.
Макс покрывал поцелуями мой живот, руками обхватив бедра, стянул мои трусики.
Его лицо оказалось прямо перед моим, он устроился между моих ног. Я чувствовала его твердый пульсирующий член, упирающийся в меня. Медленно, очень медленно он погружался в меня, в итоге одним резким движением рванул.
Боль пронзила тело, я закричала.
Он поглаживал мою голову, крепко держа мое тело и прижимая к себе.
– Ш-ш-ш, прости, прости, – шептал он.
Когда боль прошла, он это почувствовал и начал двигаться во мне, и пришли новые ощущения, еще больше, еще полнее. Боль была позабыта.
– Макс… – кричала я.
– Я знаю, знаю.
Ритмичными движениями он то входил в меня, то покидал. Волна чего-то нового стала накатывать, я вот-вот должна была взорваться. Я не выдержу, меня разорвет.
И тут всё тело затряслось и расслабилось, всё стало неважно, неинтересно, он нашел, как меня перезарядить. Удовольствие смешалось с кровью и стало новым источником моей жизни. Макс сделал еще два толчка и, зарычав, остановился, его тело обмякло. Он устало опустился и лег на меня, чуть придерживаясь на руках.
– Если бы я знала, – тяжело дыша произнесла я, – но ты знал. Почему ты так долго тянул?
– Ты очень плохая девчонка, ты знала об этом? – смеясь спросил он.
– Мы столько времени потеряли. Я хочу еще! – потребовала я.
Он засмеялся, целуя меня в лоб.
– Ну, если ты настаиваешь, – протянул он.
– Я настаиваю.
Я проснулась от солнечных лучей, светивших мне прямо в лицо, это сколько же сейчас времени? В постели я была одна, смятые простыни служили напоминанием о вчерашней ночи. Тело ломило, но боль была приятная. Я даже представить не могла к чему приведет его вчерашнее возвращение, если бы мне кто-нибудь рассказал, что так бывает, не поверила бы никогда. Его запах остался в комнате.
Я нашла кружевные трусики, которые улетели вчера под окно, майка, никак не хотела находиться, из шкафа выудив чистую я натянула ее через голову. С моего лица не сходила улыбка, чертовски хорошо.
Толкнув дверь в гостиную, я опешила. Макс никуда не ушел и стоял возле плиты, судя по запаху, жарил яичницу с беконом.
– О, посмотрите кто проснулся, – заулыбался он, вытащил из кухонного шкафчика стеклянный стакан, налил в него апельсиновый сок и протянул мне.
Я села за стол, отпила из стакана.
– Ты еще не ушел…
Макс развернулся ко мне и выгнул бровь.
– Ты меня выгоняешь?
Я замотала головой.
– Тогда что за глупый вопрос? – спросил он, сев напротив меня.
– Мне просто говорили, что после мужчины сразу уходят.
Он закинул голову и захохотал, потом встал, громко чмокнул меня в лоб и повернулся к плите, как ни в чем не бывало снял яичницу со сковородки на большую тарелку и поставил её между нами. Одну вилку протянул мне, другой стал макать кусок хлеба в желток.
– Я прям не знаю, радоваться мне или нет. С одной стороны, мне льстит что никого до меня у тебя не было, с другой стороны, – он махнул мне, чтобы я взяла вилку и начала есть, – мне обидно, что ты так обо мне думаешь.
– Прости, – тихо сказала я, – мне понравилось.
Он кивнул: «Старался. Если ты не против я сегодня пропущу денек… у тебя».
– Конечно, – улыбка озарила мое лицо.
Он на секунду стал серьезным и в глазах появился огонек.
– Ешь давай, набирайся сил. У тебя совсем нет продуктов, пришлось с утра на рынок бежать.
– Я не умею готовить, – ответила я, отломила кусок хлеба и принялась за ароматный завтрак. А Макс просто отлично готовит, чуть язык не проглотила, – зря ты остался, голодным будешь.
– Ничего, я за куполом неделю как-то без еды провел. А на тебя у меня большие планы.
Он остался со мной на весь день. Поздно вечером, собираясь в штаб, мы никак не могли оторваться друг от друга. Макс не говорил мне, что в лагере стоит держаться друг от друга подальше и не привлекать внимания, эту тему мы не поднимали, но оба знали, что не стоит никому знать.