– Мы зашли в дом, и радар выдал высокую активность дронов. Бежать через поле не было смысла, пришлось прятаться.
– И где же вы спрятались? – протянул Шторс.
– В доме под полом был лаз.
– И дроны не смогли отсканировать.
– Не смогли, вероятно, – я настаивала на своем, держа каменное лицо, с легким намеком на глупость женщины и непонимание данного допроса. – После они ушли. Закончив оборудовать объект, выждали время, убедились, что дроны ушли, и вернулись к группе, – каждый мой ответ эхом пролетал по залу.
– Спасибо. Выйди и жди, – бросил генерал, и сразу же повернулся к коллегам, живо обсуждая мои ответы.
После этого допроса я осталась ждать в коридоре. Потом в штаб приходили все участники нашей группы. Все, кроме Макса.
Время шло медленно. Ни с кем не разрешали разговаривать, я просто ждала, сама не знаю, чего. После допросов каждый выходил, и солдат провожал его на выход. Ни с кем из моего отряда не дали даже словом перекинуться.
– Ника, я хотел бы поговорить с тобой, – я чуть не подпрыгнула от неожиданного обращения ко мне Шторса.
Я кивнула и подошла к генералу, он проводил в комнату и плотно закрыл дверь.
Небольшой кабинет, шкафы из темно-красного дерева, заставленные книгами с одинаковыми красными корешками, украшенными золотым узором. Стол тяжелый, массивный, такой же винно-красный, как и книжные шкафы. Генерал обошел стол, сел за него, и несколько минут молчал, руками передвигая исписанные листы бумаги с места на место.
– Ты понимаешь, что я правая рука Ковара?
Я кивнула.
– Я хочу с тобой поговорить. Мне показалось, или вы с Максом как-то слишком тепло смотрите друг на друга.
– Это простая благодарность за то, что меня взяли в отряд.
– Мы не просто так поддерживаем эту систему. Все могут работать на полях, но не все могут, командовать армией. Я надеюсь, не нужно объяснять, что Максимилиан готовится занять место отца и командовать армией, место его высоко. Ты мне нравишься. Сильная, настойчивая, идейная.
Тон его поменялся на дружеский, и он заговорил тише, было странно слышать тепло в его голосе после того, как он беззастенчиво устроил мне допрос и даже повышал голос. Его глаза странно изменились и в них появилась какая-то забота. Либо мне так показалось.
– Но пойми, жизнь Макса важна, гораздо важнее твоей. Я хочу, чтобы ты жила и работала на благо нашего города. Но от Макса держись подальше. Ты всегда можешь ко мне обратиться. Я помогу.
Я смотрела на него с легкой тенью неверия.
– Я мало кому доверяю, но тебе скажу. Маги не всем нравятся, и я думаю, что от тебя решили избавиться, не знаю, кто и за что, но другие считают это покушением на жизнь Макса, – он вздохнул, сунул руку в карма выудил из него песочного цвета платок вытер морщинистый лоб, и продолжил свою речь. – То, что случилось там, в старом городе, это какой-то заговор. Я не давал такой команды, никто не давал этой команды, а Смит найден мертвым, и я не могу узнать, каковы были его намерения. Его нашли с перерезанным горлом и, судя по всему, он сделал это сам. А я должен сохранить жизнь и здоровье нового командора. И я это сделаю.
Он стал шарить руками под столом, извлекая стеклянный стакан и бутылку, плеснул себе коричневую жидкость и залпом выпил, скривившись.
– Запомни, пожалуйста, жизнь Макса в сто тысяч раз дороже твоей, как бы я не симпатизировал твоей силе. А теперь иди.
В лагере было беспокойно, Макс всех собрал у себя в палатке сел во главе стола, а мы расселись на свободные места.
– Почему вызывали именно вас? – спросил Макс, перемещая бумаги из одной стопки в другую.
– Допрос, как прошло задание, – ответил Стив, – кто чем занимался. Почему задержались, спрашивали.
Все кивнули, соглашаясь со словами Стива, но ответ был очевиден: вызвали всех, кого перечислили в приказе на последнюю операцию.
– А еще спрашивали, почему вы с Никой сбежали на сутки, – недовольно сказала Кристина, она скрестила руки на груди. – Нас поэтому и дернули на допрос.
– Кристина, ты чем-то недовольна? – спросил Макс, его тон стал суровым.
– Да, я не понимаю, почему вы нас бросили, я чуть со страха не умерла, – она не понимала, что ей стоит остановиться, и что общее задание не ставит ее на уровень выше и не дает права задавать такие вопросы.
– Кристина! – голос Макса стал совсем ледяным и грозным, – во-первых, не забывай кто я, и кто ты. Во-вторых, был получен приказ, и получил этот приказ Стив. А в-третьих, я рад, что никто из вас не увидел тот ад, который там творился, и поверь, ты точно не захочешь знать, ЧТО именно там творилось.
– Простите.
Вся спесь у Кристины улетучилась, она стала похожа на маленького котенка, который нашкодил и получил нагоняй от взрослого. Плечи ее, опустились, голова вжалась в шею. Было видно, что она сожалеет о сказанном и что она поняла, на сколько перешла границы.
– Все свободны. Стив, Глеб останьтесь.