Глава 27
Ника
Утром на базе меня ждала неожиданная встреча, тот человек которого я точно не хотела бы видеть.
– Ника.
Я повернулась на голос, который меня позвал и знала, кто там стоит, не самый мой любимый собеседник, но от него никуда не спрятаться. Генерал Шторс.
– Здравствуй, дорогая, – он улыбался, за эти шесть месяцев, что мы не виделись, он поправился на несколько килограмм, – пройдемся поговорим.
– Да, конечно, – кивнула я как будто у меня есть выбор.
– Как твои дела?
Очень неожиданный вопрос.
– Все хорошо.
– Ты, смотрю, воспользовалась моим советом.
– Я говорила вам, это просто хорошее отношение, за то, что меня забрали из башни. Плюс у нас очень дружная команда.
– Я заметил. У меня к тебе предложение, даже не предложение, а серьезная помощь. Ты должна перейти в мою команду.
Он что, смеется? Удивление на моем лице было слишком очевидным, генерал рассмеялся.
– Я хочу тебя поберечь. Да и тебе нужно расти, тебя никогда не пустят выше, не назначат выше того места, на котором ты сейчас. Я вижу изменения, которые происходят здесь.
– Я не понимаю, о чем вы.
– А ты не торопись с ответом. Я предлагаю шпионаж, вылазки, то, что у тебя получается. Ты одинокий игрок, и остальные тебе мешают и давят. А главное, ты будешь получать приказы, и как и когда ты их выполнишь, зависит только на тебя. Плюс, поверь мне, я очень щедро плачу, ты сможешь себя обеспечить.
– Спасибо.
Он видел, что я склонна дать отрицательный ответ, он очень проницательный человек.
– Ну, что ж. Я не тороплю, и мое предложение не имеет срока давности. Когда будешь готова, просто приходи.
Генерал Шторс оказался прав, изменения настигли. Макс получил повышение, чему я была очень рада, но, как оказалось, радоваться оставалось недолго. Нашу команду расформировывали следом за Максом. С ним ушел Стив и Глеб. Остальные получили распределение, все, кроме меня. Как оказалось, мне нет места в отрядах, я могу жить в лагере, но на задания меня больше не берут. Я опять осталась одна. Даже Кристина и Кирилл получили места, их быстро забрали. Кристина прочно завязла в проверке зелья энергии и оказалась безумно полезной для армии, а Кирилл просто гений в машиностроении, такие защитные обвесы, какие он строил, подняли его ценность до высочайшего уровня.
Макс, получив новое повышение покинул лагерь и не появлялся. Редкие вылазки, и то недалеко.
Прошло четыре месяца…
Около десяти вечера в окно моей квартиры постучались. Как-то поздно, да и гостей я не звала.
– Ника, – послышался голос генерала, я уже стала привыкать к нему, так часто он стал появляться в моей жизни, приходил на базу и просто спрашивал, как дела.
Я открыла дверь, пряча глаза в сторону, не хотелось показывать заплаканное лицо.
– Да, проходите.
– Ника, ребенок мой, ты плачешь? – спросил он.
– Да в глаз что-то попало.
Я махнула рукой, и пригласила его присесть за стол. Поставила чайник, достала и поставила на стол две чашки, чайник с заваркой и корзинку с печеньем.
– Ника, я предупреждал тебя об изменениях. Я думаю, тебе есть место в моей команде, – сходу сказал он.
Я села на стул, уставившись в одну точку на полку с банками.
– Я не знаю, – сдавленным голосом произнесла я.
Вода в чайнике закипела, и он загудел на всю квартиру. Поспешно сняв его с плиты, я разлила по синим чашкам с чудным рисунком.
Генерал кивнул в благодарность, взял в руки дымящуюся чашку и продолжил.
– Я не спрашиваю, а утверждаю, приказ уже готов. Не забывай, что ты, как и все в этом городе, собственность Ковара, куда отправят, туда и пойдешь, – он взял меня за левую руку и повернул запястьем наверх, в подтверждение своих слов он в очередной раз ткнул меня в татуировку с буквой «Д», должник. – Должник – не забывай.
– Зачем тогда спрашивали? – я вырвала руку из его цепких пальцев.
Земля ушла из-под ног, собственность города, можно распоряжаться любому, кто захочет. Он не спрашивает, а ставит перед фактом.
– Хотел бы, чтобы это было твое желание, но, видно, не судьба.
– И чем я буду заниматься? – спросила я.
– В принципе, всё то же, что ты делала, в отряде своем останешься, только будешь частенько мои поручения выполнять, только сама себе хозяйка. А плюс ко всему, доступ во многие запрещенные места. Ты же хотела узнать о матери?
– Вы знали мою мать? – перебила я генерала.
Он кивнул.
– Знал, но говорить не имею права, я был частым гостем в этом доме. Там, – он указал пальцем на дверь в детскую комнату в которой я ничего не меняла, – твоя комната и твоя кроватка, я помню, мы дружили с Мирой. Я могу дать доступ к таким архивам, куда никто больше тебя не допустит, подумай. Ты найдешь ответы на свои вопросы, я уверен, тебя гложет незнание, как жила твоя мать, и кем был твой отец. Узнаешь, какая у тебя фамилия.
– Я согласна. – Твердо сказала я.
Генерал рассмеялся, пуговицы на песочном кителе угрожающе затрещали, а медальки от его смеха бились друг о друга и недовольно звякали.
– Ха, если бы я знал, что это подействует, предложил бы уже давно. Документы по переводу будут готовы завтра. Но придется потрудиться на меня, но и оплата достойная, я очень щедрый человек.
Я встала как вкопанная. На что это он намекает, потрудиться на него?
– Ха, – он засмеялся еще сильнее, – я не об этом, ты как ребенок. Но очень способный ребенок. А Макс, зная, что ему нельзя, посмотрел на тебя как на женщину, и забыл про твой талант. Я не допущу такой ошибки.
– Я уже говорила, командующему Максимилиану я благодарна за то, что из Башни забрал.
Генерал махнул рукой на мои слова.
– И еще одно. Пока ты работаешь на меня, ты можешь не появляться в центре репродукции, они скоро захотят найти тебе супруга, пока не состарилась. Но нам дети не нужны, мне нужна работа и твоя сила, так что этот долг городу ты точно не будешь отдавать.
Он шумно подул на чашку, залпом допил горячий напиток, поставил чашку на стол.
– Вот и договорились. Завтра утром я тебя жду в штабе. Не провожай.
Он поправил свой плащ и вышел, захлопнув дверь.
Я осталась в раздумьях, скоро я узнаю о маме. Скоро у меня появится имя. Настоящее имя, а может, мне удастся отыскать и отца. И приказ приготовлен без моего участия, выбора особенного нет, нужно искать положительные моменты. Тоска по Максу отдавалась глухой болью, самое главное, у него всё хорошо. Нужно двигаться дальше.