Вот же… Я представила волка в рубахе и брюках арха и прыснула.
— Ты что в этой же одежде был? Почему она в крови?
— Обижаешь. Снял перед оборотом, нес в зубах, кинул на землю, а в борьбе слегка… замарал.
— Крови много, — нахмурилась я. — Как Анориан?
Несмотря на все неприятности, студент не вызывал злости. А отчего-то жалость. Хотя жалеть, как говорил отец, никого не стоит: сильным это не нужно, а у слабых только вызовет агрессию.
— Жив и почти здоров. Я хватанул его за ногу, чтоб он не мог бежать.
Вот это да! Я все еще шокировано обдумывала новость.
— И что он говорит?
— Молчит, как и Пуррес. Но я еще надеюсь его разговорить.
Он кивнул на коробку и подтолкнул ее ко мне.
— Все. Теперь, приятное. Денек и у тебя, и у меня выдался тяжелый.
***
Сегодня сон решил, что играет против меня. Я лежала, упершись взглядом в идеально ровный белый потолок, и прокручивала в голове прошедший день, чувствуя, как нутро сжимает в комок ледяная ладонь страха. И совсем не того страха, что был бы оправдан…
Чего сейчас стоило бы бояться? Вероятно, злобной демонессы, внезапной пропажи Итана или неудачи на отборе. Но точно не маленькой кожаной коробочки с выбитым на темной крышке серебристым цветком. Тем не менее, когда сквозь вылетающие воздушные шарики я увидела внутри большой коробки маленькую, я перепугалась не на шутку.
Дрожащими руками, стараясь не глядеть на арха, я подняла крышку и почувствовала, как сердцу становится тесно в груди, и оно устремляется искрами в пальцы, бьется в животе, разрывается салютом в голове и темнотой в глазах.
Слава богам, Барт не дал мне бухнуться в обморок. Подошел, достал кольцо из моих дрожащих рук и подставил под свет.
— Это кольцо срединного мира, — пояснил он. — С внутренней стороны гравировка, которая активируется твоей кровью. Кольцо именное и не на ком больше действовать не будет.
— Что? — глухо отозвалась я, все еще успокаивая скачущий галопом пульс.
Перед глазами все еще метались всполохи, хотя мозг уже сигнализировал отбой. Кольцо было просто кольцом.
— Срединный мир — прослойка между нашим миром и потусторонним. То место, где родилась магия, — он аккуратно взял мою ладонь и второй провел по пальцам, отделив указательный. — А это, проще говоря, кольцо невидимости.
Кольцо, чуть широковатое, оказавшись на пальце, сжалось до нужного размера. Темная полоска металла, похожего на бронзу, была удивительно теплой и шелковистой, будто подогретой на солнце. Сверху ее, словно причудливый орнамент, украшала вязь заклинаний.
— Невидимость возможна только с магией крови. Если тебе понадобится исчезнуть, просто проверни кольцо — вот так — и легонько вдави в палец. С внутренней стороны откроется маленький шип, который возьмет пробу.
Он посмотрел в мои растерянные глаза и погладил пальцы, накрыв мою ладонь своей.
— Только пользуйся им в крайнем случае. Эта магия не для игр. Кто слишком много времени проводит в срединном мире, тот все меньше хочет возвращаться в реальность.
Я кивнула, все еще ошарашенная подарком.
— Спасибо.
Теперь, глядя в ровный потолок черно-белой комнаты, я думала о том, что зашла слишком далеко. И тянуть до конца отбора уже нельзя, иначе я никогда не смогу выбраться из своего вранья.
И сейчас не время сожалеть, знала с самого начала, что так будет. Нужно уйти, пока кольцо не оказалось помолвочным. Отказ его ранит, а согласится я не смогу.
С силой зажмурившись, я со злостью глянула на потолок и села, спустив ноги с кровати. Барт лежал так же, как и я, подставив лицо мягкому лунному свету, заливающему комнату из-за распахнутых штор.
Я не могла оторвать глаз от его лица, черных, пушистых, как у ребенка, ресниц, мощной груди, едва прикрытой покрывалом. И какие дурочки уходят от такого по доброй воле?
Не знаю, сколько я так просидела, пытаясь запомнить каждую его черточку, морщинку, оставить в памяти эту кожу, приятные касания, шепот губ, слова о любви. Как он говорил, когда сгорал от желания… чуть охрипшим голосом, тихо и прерывисто дыша. Как сжимал, стискивал и покусывал… Черт, да я так с ума сойду!
Я отвернулась к окну, с ненавистью уставившись на луну.
— Уходишь?
Я вздрогнула и обернулась.
Арх лежал, подложив одну руку под голову и смотрел на меня. Выглядел он обманчиво расслабленно. И мое молчание ему не нравилось.
Он поднялся, обошел кровать и сел передо мной на корточки, положив руки мне на колени.
— И куда ты собралась?
Это был простой вопрос, поэтому я ответила.
— В Лакор.
— Тебе здесь плохо?