Лифт остановился, и двери открылись
– Это… – Кристина не могла подобрать нужные слова, затем решила сказать первое, что пришло в голову, – Это еще более бессмысленно, чем то, что делаю я.
– Ну да, возможно, – рассмеялся парень. Двери стали закрываться, и он нажал на кнопку, – Ваш этаж.
– Ой, да. Извините, – Кристина вышла из кабины лифта, – Простите, я не представилась. Меня зовут Кристина, а как вас?
– Паша, – сказал парень, прежде, чем двери закрылись, – И можно на “ты”.
Лифт унес его наверх, а Кристина отправилась на свое место. Вокруг все также рассаживались за столы. Кристина решила на этот раз обратиться к девушке, сидящей слева:
– Извините.
Девушка повернула к ней голову и вопросительно подняла брови.
– Извините, я новенькая, – сказала Кристина, – Подскажите… Эти факсы… Это только сегодня мы будем это делать или…
– Нет, – спокойно сказала девушка слева, – Каждый день так.
– Каждый день? – призрачная надежда Кристины улетучилась, – Простите, а сколько вы уже тут работаете?
– Два года, – отрапортовала девушка.
Два года? Два года бессмысленного набора текста?
– Но… – Кристина не знала, что спросить, – Но как же так?…
Уголки губ девушки слегка приподнялись, она отвернулась от Кристины и стала заправлять лист бумаги в печатную машинку.
Часы показали “13:00”, и все началось заново. Приходили факсы, Кристина печатала текст, клала листы в лотки. И снова. И снова.
“Маэстро прибыл в половине одиннадцатого. Поверхность стола блестела в лучах утреннего солнца”.
“Кнопка была расположена на правом торце устройства. Аммиак растворяет налет”.
“Спина болела как будто его били палками. Анкету следует заполнять снизу вверх”.
К концу рабочего дня голова Кристины шла кругом. В четыре пятьдесят девять в помещение снова зашли люди в серых костюмах. На сей раз к ее столу подошел седой мужчина лет шестидесяти с густыми усами. Он вновь положил листы в желтый и синий конверты и удалился вместе с остальными.
Рабочий день закончился. Все стали собираться домой.
Кристина огляделась и поняла, что слишком устала для того, чтобы разговаривать с кем-то из коллег, а потому снова решила отложить знакомство с ними на потом. Она взяла куртку и сумку и отправилась домой.
В ушах стоял звон. Мышцы болели, словно весь день Кристина не набирала текст на машинке, а разгружала вагоны. Тем не менее, приняв обжигающий душ, она нашла в себе силы отыскать среди лежащих в ящике стола бумаг трудовой договор, который подписала в прошлый четверг. Подписала, не читая.
Договор был довольно типовым. “ООО “Финтехтрейд” в лице генерального директора…”, “Черненко Кристина Николавена, паспорт серия, номер…”, ссылки на трудовой кодекс. Ничего необычного.
Но когда Кристина открыла должностную инструкцию, она аж села в постели от удивления. Документ состоял из одной страницы текста. Шапка стандартная. А вот в “должностных обязанностях” три пункта:
“Работник обязуется:
1) принять факс, содержащий два предложения на русском языке;
2) набрать текст, состоящий из предложений, указанных в пункте 1, в обратном порядке посредством печатной машинки;
3) положить указанный в пункте 1 факс в верхний лоток, а лист из печатной машинки, указанный в пункте 2, в нижний лоток”.
Внизу стояла ее подпись.
Как такое возможно? Неужели она такая дура? Неужели она вообще не читала тот бред, который подписывала?
Кристина попыталась вспомнить свой последний визит в отдел кадров “Финтехтрейда”. Ее встретила милая девушка, кажется, Алена. Они весело перешучивались, пока Алена показывала Кристине, где нужно подписать. “Договор стандартный, говорила она, дома почитаете”.
Ну что ж, вот и почитала. Кристина выключила лампу и улеглась на бок, злясь на себя. Что же за чертовщина творится?
Следующие рабочие дни были похожи друг на друга как капли воды. Кристина приходила на работу в одно и то же время, вешала куртку и сумку на одну и ту же вешалку, потом печатала дурацкие предложения на машинке, после чего люди в серых костюмах забирали из ее лотка бумаги, и она шла на обед. После обеда – еще один четырехчасовой марафон, после чего Кристина ехала домой, где с порога принимала две таблетки аспирина, чтобы унять звон, стоящий в голове.
Пашу она больше не встречала, но зато познакомилась с девушкой, сидящей через один стол по диагонали. Ее звали Наташа, и она работала здесь уже почти два месяца. Когда они прогуливались в обеденный перерыв в четверг, Наташа рассказала, что тоже поначалу не верила в реальность происходящего.