– Ты сможешь мне помочь?
– Ты выписку из ЕГРЮЛа скачивала? Смотрела в нее?
– Да, – Кристина как раз пролистывала выписку на экране своего ноутбука, – Но ничего полезного в ней нет. Уставный капитал – десять тысяч рублей. Директор, информации о котором в интернете вообще нет. Просто уйма видов деятельности. А в собственниках – цепочка из точно таких же фирм.
Катя вздохнула.
– А что тебя интересует?
– Фирма же должна откуда-то получать деньги. Я сомневаюсь, что она продает услуги по набору текста на печатных машинках. Так откуда она их получает? Ты можешь поднять их отчетность? Может быть, вы их как-нибудь проверяли?
– Это… Закрытая информация.
– Катя, – Кристина сделала паузу.
Катя, снова вздохнув, сказала:
– Ладно, посмотрю. Как будет время. Скинь мне их ИНН.
– Спасибо, – сказала Кристина и повесила трубку.
Остаток дня она провела, занимаясь домашними делами. К вечеру шум в ушах стал значительно тише. Катя так и не перезвонила.
В воскресенье Кристина встретилась с Машей в кафе в центре города. Погода вновь была солнечной, и они расположились на веранде. Тема мирно спал в своей коляске. Кристина была нервной, ночью она очень плохо спала.
– Ну что, ты выяснила, кто тебя разыграл? – спросила Маша, когда официант принес девушка две чашки кофе.
– Нет.
– Почему?
– Да не знаю, – сказала Кристина и посмотрела на экран своего телефона.
Сообщение с ИНН, адресованное Кате, было доставлено и прочитано. А вот следующее сообщение “Привет! Ну как там, удалось что-нибудь узнать?”, отправленное сегодня утром, было не доставлено. Нужно будет позвонить.
– Ну и забей, – посоветовала Маша.
– Мне страшно.
– Насчет чего?
– Насчет всего этого.
– Да расслабься ты ради бога. Много работы – плохо. Мало работы – тоже плохо.
– Дело не в том, что ее мало, – сказала Кристина, – А в том, что она идиотская.
– Какая разница? Сейчас быстренько выскочишь замуж за Пашу своего, и в декрет.
Кристина не ответила. Ее взгляд упал на человека, которого встретил на входе официант. Это был тот самый мужчина, который следил за Кристиной. Сотрудник службы безопасности. Он коротко переговорил с официантом, уселся за самый дальний столик и уставился на Кристину.
– Что, вы и по выходным будете за мной следить? – выкрикнула Кристина. Маша обернулась и увидела мужчину.
– Крис, ты чего?… Это… Это он? Из службы безопасности твоей?
– Ага.
Мужчина никак не отреагировал. Официант принес чашку кофе и поставил ее на стол перед ним.
– Задрали… – пробормотала Кристина, засовывая кошелек в сумку.
– Эй, ты куда? – запротестовала Маша.
– Прости, я… Я домой наверное пойду.
По дороге к метро Кристина набрала номер Кати. “Абонент временно недоступен”. Тревога росла.
В понедельник Кристина чуть не опоздала. Ночью она практически не спала, беспокойно ворочаясь в постели. Все ее нутро упорно не желало ехать в офис, но она заставила себя. Катя снова была недоступна, и не появлялась ни в одной из соцсетей с субботы.
Кристина опустилась на стул и начала работать. Факсы приходили, она печатала текст на печатной машинке, клала бумаги в лотки, и все повторялось. Монотонность этих действий ввела Кристину почти что в гипнотическое состояние. Поэтому когда в без двадцати двенадцать пришел очередной факс, Кристина сначала пару минут тупо смотрела на текст, не сразу поняв, что здесь не так. А потом поняла. Ее сердце тут же забилось чаще, а во рту пересохло.
“Портной идет по лестнице. Артур не видит неба. Они того не стоят”.
Что это?
Три предложения. Три предложения вместо двух. Такого раньше не было.
Кристина приблизила лист к самому кончику носа: может быть, одна из точек – вовсе не точка, а какая-нибудь пылинка, прилипшая к бумаге? Нет, точек было три. Как и заглавных букв. Как и предложений.
Или нет? Может, первая точка – все-таки не точка, а запятая? После нее идет “Артур” – имя, написанное с заглавной буквы. Она развернула лист так, чтобы на него падало максимальное количество света и впилась глазами в точку, но та не стала запятой. Ошибки не было, предложений три.
Положив лист на стол, Кристина огляделась. Почему-то у нее возникло чувство, будто за ней кто-то наблюдает. Возможно, сейчас она увидит того хмыря, стоящего где-нибудь в углу. Но нет, в помещении были лишь сотрудники, все занимались обычным делом: печатали текст на машинках и раскладывали листы бумаги по лоткам… И тогда Кристина увидела камеру видеонаблюдение под самым потолком. Ей кажется, или ее черный глазок направлен именно на нее?…
Что делать? В ушах шумело, но на сей раз не от окружающих ее печатных машинок, а от бьющегося как молот сердца.