— О! Да у тебя раритетная модель и сам бог солнца выходит на связь, — усмехнулся Сергей, поднимая телефон и глядя на экран её старенького мобильника.
— В смысле? — не поняла Тоня.
— В смысле, тебя хочет услышать сам РА, — нарочито торжественно произнёс Серёжа, передавая трубку Тоне.
— О! это мой шеф. Я должна ответить. Обязательно. Извини, я постараюсь быстро.
— Ок, а я пока побалуюсь … плюшками. Шучу, виноградом, — сказал Сергей, ловко оторвал одну виноградинку от ветки и положил себе в рот.
— Добрый вечер, Роман Александрович! — Тоня даже не могла предположить, о чём пойдёт речь.
— А ведь вечер действительно мог быть добрым, Антонина Николаевна, если бы вы в своих действиях почаще руководствовались логикой.
— А я и руководствуюсь ей, — уверенно сказала Тоня, но сообразив, что вероятно она накосячила, в спешке отправляя документы шефу, тихо добавила, — слегка.
— В том – то и дело, Антонина Николаевна, что логику нельзя применять слегка: логика либо есть, либо её нет. Понимаете меня? Это также, как нельзя быть слегка беременной: вы либо беременны, либо нет.
— Я не беременна, — решила разрядить обстановку Тоня.
В этот момент глаза Серёжи от удивления стали похожими на два блюдца. «О боже, о чём он подумал…»,— мелькнуло в Тониной голове.
— Вот скажите мне, Антонина Николаевна, — будто не услышав её последнюю фразу, продолжил Главный, — в названии документа ( там, где нужна точность) вы креативите по полной: пробелов художественно набросали, сокращения новые ввели. А вот в содержании документа-то и нет того творчества, на который я так рассчитывал. Всё шаблонно. К моему глубокому сожалению...Если мне не изменяет память (а мне она не изменяет), мы уже обсуждали с вами этот вопрос, Антонина Николаевна, не правда, ли?
— Да, было дело, — покаянно сказала Тоня. — Всё дело в том, что я на форму меньше обращаю внимание, чем на содержание.
— Да вы что? А вот и неправда ваша, Антонина Николаевна. Вы всегда при полном параде, а говорите, что форме не придаёте особого значения.
— Но это же разные вещи: внешность и документы, Роман Александрович!
— Нет, дорогая моя, это не разные вещи. Вы либо позволяете себе небрежность, либо нет.
— Я всё поняла, Роман Александрович, — бодро сказала Тоня, надеясь, что вопрос закрыт, но оказалось, что это была только первая часть Марлезонского балета. Тоня посмотрела на Серёжу и сделала умоляющее выражение лица, мол, извини, подожди ещё чуть-чуть…
Шеф продолжил монолог, а Серёжа, видимо, заскучав, стал перебирать Тонины волосы, слегка накручивая их на пальцы.
«Откуда он знает, что это мне нравится? — мелькнула мысль в Тониной голове.
— Как вам моя идея, а? — спросил шеф?
— Мне нравится, — растерянно сказала Тоня, взглянув на Серёжу. Тот в упор смотрел на неё, не отрывая взгляда, а потом, воспользовавшись её замешательством, вдруг привлёк её к себе и тихонько поцеловал в краешек губ.
— Да, понимаю, — невпопад ответила Тоня на вопрос шефа о том, какой из трёх вариантов развития сюжета в рекламном ролике она считает более оригинальным.
— А вот я не понимаю, чем занята в данный момент ваша голова, Антонина Николаевна. Ладно, обсудим этот вопрос завтра. Надеюсь, мне не придётся больше объяснять Вам прописные истины, правда?
— Правда.
Тоня услышала гудки и выключила телефон.
— Серёж, подай мне виноград, что-то в горле пересохло, — попросила Тоня, возвращая телефон в сумочку.
Сергей внезапно наклонился к Тоне и втолкнул виноградинку своими губами ей в рот. Тоня была не готова к такому повороту событий и от неожиданности вытолкнула ягоду, но он точным движением, будто забивая пенальти, вернул её обратно. Виноградина лопнула под напором языков, расплескав свой сладкий сок по их ртам и губам. Серёжа нежно облизал Тонины губы, нашёл своим языком её язык и …
— Что это было?— спросила Тоня, отстраняясь от одноклассника и переводя дыхание.
— Французский поцелуй, по-моему. А что?
— А то, что ты воспользовался моим положением, вот что! — нарочито недовольным тоном заявила Тоня.
— Ты же сама умоляла меня о поцелуе, — Серёже явно импонировала эта перепалка.
— У меня, конечно, девичья память, но мольбы о поцелуе что-то я не припоминаю.
— Ну не знаю-не знаю. Твой умоляющий взгляд, когда ты разговаривала с шефом, я расшифровал именно так, — с улыбкой произнёс Серёжа.
— Дешифровальщик, ты, конечно, так себе, — иронично заявила Тоня, но целовальщик — один из лучших.
— Никогда не любил соревнования и сравнение с другими. Скажи просто: это было божественно.