- А Вас, Алиса Романовна, с окончанием испытательного срока.
- Так быстро… – растерялась я.
- Я же предупреждал, что у нас не засидишься, – напомнил Матвей.
- Вы первая осилили эту папку за неделю, – хвалит шеф.
- Уверяю: она осилила её за три дня, – Матвей радуется так, будто его первенец сдал ЕГЭ на сто баллов!
- Поживём – увидим, – охлаждает его пыл Стадник.
Но Лебедев улыбается ещё шире и под локоток уводит меня из малого конференц-зала в наш отдел.
Помещение, которое занимают архитекторы, устроено с «изюминкой»: шесть рабочих мест расположены по периметру большой комнаты, которую с помощью мебели и различных шкафчиков и стеллажей превратили из квадратной в круглую. Сотрудники работают спиной друг к другу, чтобы не отвлекаться. В центре расположен большой круглый стол, за которым можно занять места, просто развернувшись на колёсиках офисного кресла. Таким образом, в одно мгновение можно собрать всех на совещание. «Или банкет», – пошутил Матвей. Кстати, дверь в его кабинет находится прямо у входа и никак не нарушает колорита этого офиса. На первый взгляд – это просто ещё один шкаф, но за его дверью скрывается небольшая приёмная с хранительницей Лебедевского покоя Татьяной Серафимовной и собственно кабинет начальника архитектурного отдела. Именно в эту приёмную и затащил меня Матвей, встретив зарёванную в коридоре. Оказывается, Татьяна Серафимовна тогда была здесь же, но я её не заметила. Зато теперь эта женщина предпенсионного возраста принялась опекать «девочку», как родное дитя. Ну, или, по крайней мере, двоюродное.
Среди архитекторов уже есть одна женщина – Тося – милая, кудрявая и смешливая барышня лет тридцати. Когда я поделилась своим наблюдением с соседом по столу Денисом, тот усмехнулся в ответ:
- Это ты её на объекте не видела. Прорабы крестятся, когда к стройплощадке подъезжает её «Ока». У неё даже кликуха “М-500”. Она не орёт только на таджиков: те делают вид, что по-русски не понимают. Зато нашим достаётся.
(*М-500 – марка цемента. Цемент марки М500 используется там, где от конструкций требуется повышенная прочность для сопротивления серьезным нагрузкам. А хорошая скорость схватывания позволяет применять его в аварийно-ремонтных работах.
Источник: http://stroitel-list.ru/cement/osobennosti-cementa-marki-m500.html#nav1)
Денису двадцать шесть, и он ближе всех ко мне по возрасту. Уже на второй день я поняла, что он безответно влюблён в Тосю. А на третий – что не безответно. Просто её смущает, что она старше и имеет четырёхлетнего сынишку от распавшегося брака. Но Денис не теряет надежды. Удачи ему!
Ещё три коллеги – мужчины от сорока до шестидесяти лет – приняли меня по-отечески доброжелательно, предложили обращаться за помощью и благополучно обо мне забыли, потому что за пять рабочих дней я видела их не больше двух раз: очень занятые архитекторы!
Тося часто уезжает на свой объект в городе, и в офисе остаёмся только мы с Денисом, да Татьяна Серафимовна с Матвеем в своём «шкафу». Денис сейчас в стадии творения очередного архитектурного шедевра (он специализируется на элитных коттеджах), а я, горемыка, всю неделю то зубрила материалы из адаптационной папки, то правила свой проект, то мечтала «продолжить плодотворное сотрудничество во всех сферах» с хозяином фирмы.
Сейчас конец рабочего дня. Через полчаса все разойдутся до понедельника. Матвей сообщает коллегам новость о моём экзамене, и все присутствующие, в том числе и два молоденьких инженера из соседнего кабинета, начинают меня бурно поздравлять. Один из инженеров, Олег, предлагает отметить это в ночном клубе. Ну нет! Больше меня туда никакими пряниками не заманишь! Отшучиваюсь и со смехом выпроваживаю ребят на их рабочие места: всё-таки нам ещё полчаса трудиться.
И вовремя. Только я сажусь за свой компьютер, как в кабинет входит шеф. Явно с намерением уличить в безделье. А мы что? Мы работаем. Вон даже Денис успел развернуть файл с проектом и закрыть очередную «стрелялку». Окинув всех нас орлиным взором, Стадник толкает дверь к Лебедеву.
- Фу-ух! – выдыхает Денис. – Чуть не спалился.
- А что это тебе сегодня не работается? – спрашиваю я обычно сосредоточенного коллегу.
- Застрял на фронтоне, – жалуется он. – Не идёт. Что ни сделаю, всё пошлость и безвкусица. Вот глянь.
Он поворачивает ко мне свой монитор. Я рассматриваю рисунок, прошу повернуть его по часовой стрелке.
- Мне узор нравится, – возражаю я. – А если попробовать сделать его уже и растянуть в длину? Он будет смотреться легче и изящней.
Денис возвращает монитор на место, делает несколько движений мышкой и расцветает в улыбке:
- Алиска, ты гений! Я над этим целый день бился, аж запсиховал. С меня обед в понедельник… о… до свидания, Иван Антонович.
Я оглянулась туда, куда были направлены глаза Дениса, и встретилась взглядом с шефом. Айсберг, блин. Не хотелось бы мне стать «Титаником» на его пути.
- До свидания, – цедит в ответ и выходит.
- Алис, ты точно хорошо отвечала? – задумчиво спрашивает Денис.
Глава 20
Там, б…, что, мёдом намазано?! Какого хрена инженеры повадились бегать к архитекторам? Что-то раньше я такой горячей дружбы не замечал. Кхм… Может, и правда, просто не замечал? И этот ещё собирается её обедом кормить. Да отвалите вы все от МОЕЙ девочки! Всё! Запру нахер в своей квартире и ключей не дам. Только сбежит ведь. Её насильно не удержишь – не тот характер. Но попытаться стоит.
Выхожу из офиса как никогда рано: на часах только десять минут шестого. Сотрудники начинают расходиться, но Алисы пока не видно. Нет и Лебедева, и его жены. И Денис этот тоже не появлялся.
А вот и они: весь отдел кадров в составе трёх человек и половина архитектурного: Лебедев, Денис Хорошилов, Антонина и Алиса. А также моя прелестная секретарша Мариночка. И куда это они все вместе собираются? Вся честная компания направляется прямо в кафе, куда обычно бегают сотрудники нашего бизнес-центра обедать. Что они там забыли? Ответ приходит, когда я вижу, что Хорошилов, юркнув по пути в цветочный киоск, появляется оттуда с красивым букетом, вручает его Любе, и все начинают её обнимать, расцеловывать, а Лебедев – гладить по животу. Етить! Я совсем свихнулся, если забыл даже, что у неё сегодня последний рабочий день перед декретным отпуском. Обычно в таких случаях Марина выручает меня, посылая сотрудницам цветы и подарки, но это же Люба! Девочка, с которой мы росли в соседних квартирах, пока жизнь не разбросала нас по разным местам. Крестница моего отца.
Набираю номер дяди Славы и прошу его забрать машину от бизнес-центра.
- Во сколько за тобой потом заехать и куда? – спрашивает он.
- Я сам доберусь.
Через десять минут вхожу в кафе с букетом садовых ромашек – любимых Любиных цветов.
- И что этот колобок собирается праздновать без меня? – возмущаюсь, а в ответ получаю радостную улыбку и благодарный поцелуй в щёку.
Лебедев пододвигает мне стул от соседнего столика, и я оказываюсь прямо напротив Алисы. Сотрудники все молодые, поэтому ведут себя раскованно, не заморачиваясь тем, что с ними за одним столом босс: сейчас мы все – гости Любаши. Около часа длится веселье с проводами, поздравлениями и пожеланиями, но виновница торжества явно уже устала, и Антонина, как единственная, кто понимает её состояние, предлагает заканчивать сабантуй. Марина и девочки из отдела кадров договариваются встретиться вечером, зовут с собой Алису, но она не хочет. Хорошилов переминается с ноги на ногу, потом сообщает, что он на машине и может всех подвезти. Алиса снова отказывается, говорит, что живёт в другой стороне, а сама прячет хитрющую улыбку. Что бы это значило?
- Тося? – неуверенно предлагает парень. Антонина легонько вздыхает и, попрощавшись, уходит с ним, сопровождаемая понимающими взглядами коллег. Ого! А я многого не знаю. За столом остаются Лебедевы и мы с Алисой.
- Давай мы тебя довезём, – предлагает Люба Алисе. Та отрицательно крутит головой.