— В смысле, — продолжил мужчина, — чем тебе не угодил Диоклетиан?
Вокруг ног Джейсона завихрился воздух. Осколки мрамора собрались в миниатюрное торнадо, стремительно завертелись и приземлились обратно на пьедестал, восстановившись в бюст. Записка все еще была спрятана под ним.
— Ох, — Джейсон опустил меч. — Это была случайность. Ты испугал меня.
Крылатый парень усмехнулся.
— Джейсон Грейс, Западный Ветер был назван многими именами... теплый, нежный, животворящий и чертовски красивый. Но меня никогда не называли пугающим. Я оставлю это глупое прозвище своим порывистым северным братьям.
Нико чуть отклонился назад.
— Западный ветер? То есть ты...
— Фавоний, — понял Джейсон. — Бог Западного ветра.
Фавоний улыбнулся и поклонился — очевидно, ему было приятно, что его узнали.
— Конечно, вы можете называть меня моим римским именем, или Зефиром, если вы — греки. Мне все равно.
А вот Нико, казалось, это очень даже волновало.
— Почему твои греческие и римские личности не конфликтуют, как у остальных богов?
— Ох, ну бывают иногда головные боли, — пожал плечами Фавоний. — Бывает утром я просыпаюсь в греческом хитоне, будучи уверенным, что лег спать в пижаме с SPQR. Но, в основном, война меня не беспокоит. Знаете, я же младший бог — никогда особо не был в центре внимания. И всякие битвы между вами, полубогами, на меня так сильно не влияют.
— Тогда. .. — Джейсон не был уверен, стоит ли ему прятать меч. — Что ты здесь делаешь?
— Да так, парочку дел решил провернуть! — сказал Фавоний. — Провожу время со своей корзиной фруктов. Я всегда их с собой ношу. Хочешь грушу?
— Спасибо, обойдусь.
— Н-да. .. ранее я ел мороженое. Сейчас я играю в котс, — Фавоний покрутил бронзовый ободок на своём указательном пальце.
Джейсон не понял, что означает слово «котс», но пытался не отходить от темы:
— Я имею в виду, зачем ты показался нам? Зачем привел нас в этот подвал?
— А-а! — кивнул Фавоний. — Саркофаг Диоклетиана. Да. Это было его последним пристанищем. Христиане перенесли его из мавзолея. Затем, его гроб разрушили варвары. Я просто хотел показать тебе, — он печально развел руками, — что того, что вы ищете, здесь нет. Мой покровитель забрал его.
— Твой покровитель? — Джейсон вспомнил воздушный дворец над Пайкс-Пик в Колорадо, где он побывал и чудом остался в живых; студию сумасшедшего синоптика, который утверждал, что он бог всех ветров. — Пожалуйста, скажи мне, что твой покровитель не Эол.
— Тот воздухоголовый? — фыркнул Фавоний. — Ну уж нет.
— Он имеет в виду Эроса, — голос Нико стал резче. — Купидона на латыни.
Фавоний улыбнулся.
— Очень хорошо, Нико ди Анджело. Кстати, я рад нашей встрече. Давно не виделись.
Нико нахмурился.
— Я никогда не встречал тебя ранее.
— Ты никогда не видел меня, — поправил его бог. — Но я наблюдал за тобой, когда ты пришел сюда маленьким мальчиком... и еще несколько раз после того. Я знал, что вскоре ты вернешься, чтобы взглянуть в лицо моему господину.
Нико стал еще бледнее, чем обычно. Его глаза бегали по пещероподобной комнате, словно он почувствовал, что очутился в ловушке.
— Нико? — спросил Джейсон. — О чем это он?
— Я не знаю. Ни о чем.
— Ни о чем? — вскрикнул Фавоний. — Тот, кто тебе не безразличен... сброшен в Тартар, а ты все равно не признаешь правды?
Внезапно Джейсон почувствовал, что подслушивает. «Тот, кто тебе не безразличен». Он вспомнил, что Пайпер рассказывала ему о том, что Нико нравилась Аннабет. Определенно, чувства Нико были намного глубже, чем простая влюбленность.
— Мы пришли за скипетром Диоклетиана, — сказал Нико, явно стараясь сменить тему. — Где он?
— Ах. .. — грустно кивнул Фавоний. — Ты думал, это будет так же просто, как встретиться с призраком Диоклетиана? Боюсь, что нет, Нико. Ваше испытание будет гораздо сложнее. Знаешь, задолго до того, как это место стало дворцом Диоклетиана, здесь находился проход, ведущий в суд моего покровителя. Я прожил здесь целую вечность, приводя к Купидону тех, кто искал любви.
Джейсону не понравилось упоминание о нелегком испытании. Он не доверял этому странному богу с ободом, крыльями и корзиной с фруктами. В его сознании всплыла одна старая легенда — он уже слышал нечто подобное в римском лагере.
— Как и Психею, жену Купидона. Ты привел ее в его дворец.
Глаза Фавония сверкнули.
— Очень хорошо, Джейсон Грейс. Я доставил Психею на ветрах прямо к палатам своего господина. Честно говоря, Диоклетиан не просто так возвел здесь свой дворец. Мягкий Западный ветер всегда благоволил этому месту, — бог развел руками. — Здесь можно было познать спокойствие и любовь, которые едва выживали в этом бурном мире. Когда дворец Диоклетиана был разграблен...
— Ты забрал скипетр, — догадался Джейсон.
— На хранение, — согласился Фавоний. — Это одно из множества сокровищ Купидона, напоминание о лучших временах. Если ты хочешь взять его... — Фавоний повернулся к Нико. — Ты должен будешь встретиться с богом любви.
Нико уставился на солнечный свет, проходящий сквозь окна, словно хотел сбежать через те узкие щели. Джейсон не был уверен, чего именно добивался Фавоний, но если встреча с богом любви означала, что Нико придется признаться в любви к своей возлюбленной, то все было не так уж и плохо.
— Нико, ты сможешь, — сказал Джейсон. — Может это и неловко, но это все ради скипетра.
Нико не выглядел убежденным. Хуже того, он, казалось, был болен. Но все же он расправил плечи и кивнул.
— Ты прав. Я ... я не боюсь бога любви.
Фавоний просиял.
— Отлично! Хотите перекусить, прежде чем пойти? — он вынул зеленое яблоко из своей корзинки и нахмурился. — О, бахвальство. Я забываю, что мой символ — это корзина с незрелыми фруктами. Почему весенний ветер не получает столько же, сколько летний? Летом все самое интересное.
— Не надо, спасибо, — поспешно ответил Нико. — Просто отведи нас к Купидону.
Фавоний крутанул обод на своем пальце, и тело Джейсона превратилось в воздух.
Глава 36. Джейсон
Джейсон множество раз перемещался на ветрах. Но быть ветром — это уже совсем другое дело. Он не контролировал себя, его мысли рассеялись, границы между телом и остальным миром пропали. Он задумался, а так ли себя чувствовали монстры, когда их побеждали — взрываясь в пыль, беспомощные и бесформенные.
Джейсон чувствовал присутствие Нико. Западный ветер вознес их в небо над Сплитом. Вместе они проносились над холмами, римскими акведуками, шоссе и виноградниками. Когда они приблизились к горам, Джейсон увидел руины римского города, разбросанные по долине под ними — осыпающиеся стены, квадратные фундаменты и потрескавшиеся заросшие травой дороги — все это выглядело как большое, покрытое мхом игровое поле.
Фавоний приземлился посреди руин, рядом со сломанной колонной размером с калифорнийское мамонтовое дерево. Тело Джейсона сформировалось заново. На какое-то мгновение, процесс показался ему еще более неприятным, чем само пребывание в форме ветра, как будто его тело внезапно обернули в свинцовое пальто.
— Да, смертные ужасно громоздкие, — молвил Фавоний, словно читая его мысли. Бог ветра расположился на ближайшей стене со своей корзинкой фруктов, и раскинул красновато-коричневые крылья под солнцем. — Честно говоря, не знаю, как вы терпите это изо дня в день.
Джейсон оглядел местность. Должно быть, город когда-то был огромным. Он различил остатки храмов и бань, наполовину зарытый амфитеатр и пустые пьедесталы, на которых когда-то стояли статуи. Ряды колонн вели в никуда. Стены старого города вихляли между холмами, словно каменная нить по зеленой ткани.
Некоторые места выглядели так, будто были раскопаны, но бо́льшая часть города казалась покинутой, словно в течение двух тысяч лет он был предоставлен природным стихиям.