— Мозг. .. — Кэл нахмурился, словно сомневаясь, что он у него есть. — Кексы лучше.
Он сунул себе в рот кекс и начал пережевывать его. Зет снял чернику с верхушки кекса и изящно закинул ее себе в рот.
— Ах, моя прекрасная Пайпер... Я так долго ждал нашей встречи. К сожалению, моя сестра права. Мы не можем отпустить твоих друзей. На самом деле, мы должны доставить их в Квебек, где над ними будут потешаться целую вечность. Мне очень жаль, но так нам приказали.
— Приказали?
Еще с прошлой зимы Пайпер знала, что рано или поздно она снова увидит холодное лицо Хионы. Когда они победили ее в Доме Волка в Сономе, богиня снега поклялась отомстить. Но почему Зет и Кэл здесь? В Квебеке Бореады казались дружелюбными, по крайней мере, по сравнению с их холодной сестрой.
— Парни, послушайте, — сказала Пайпер. — Ваша сестра ослушалась Борея. Она работает на гигантов, которые пытаются пробудить Гею. Она планирует захватить трон вашего отца.
Хиона рассмеялась мягко и холодно:
— Дорогая Пайпер Маклин. Ты манипулируешь моими безвольными братьями, как истинная дочь богини любви. Такая искусная лгунья.
— Лгунья? — закричала Пайпер. — Ты пыталась убить нас! Зет, она работает на Гею!
Зет поморщился.
— Увы, красавица, сейчас мы все работам на Гею. Не хочу тебя разочаровывать, но этот приказ отдал наш отец... сам Борей.
— Что? — Пайпер не хотела в это верить, но самодовольная улыбка Хионы подсказала ей, что это было правдой.
— Наконец-то он прислушался к моему мудрому совету, — промурлыкала Хиона. — Или, по крайней мере, прислушивался... до тех пор, пока его римская сторона не начала враждовать с греческой. Боюсь, сейчас мой отец недееспособен, поэтому оставил меня за главную. Он отдал приказ, чтобы силы Северного Ветра подчинялись королю Порфириону и, естественно, Матери-Земле.
Пайпер сглотнула.
— Как ты вообще здесь оказалась?
Она указала на лед по всему кораблю.
— Сейчас лето! — Хиона пожала плечами. — Наши силы растут. Законы природы переворачиваются с ног на голову. Как только Мать-Земля проснется, мы перестроим мир так, как нам будет угодно!
— С хоккеем, — сказал Кэл, набив рот выпечкой. — И пиццей. И кексами.
— Да-да, — Хиона усмехнулась. — Мне пришлось кое-что пообещать большому простофиле и Зету.
— О, мои требования просты, — Зет убрал волосы назад и подмигнул Пайпер. — Я должен был оставить тебя в нашем дворце еще при первой нашей встрече, дорогая Пайпер. Но скоро мы отправимся туда вновь, и я обещаю больше романтики.
— Спасибо, но нет, — сказала Пайпер. — А теперь, освободи Джейсона.
Пайпер вложила в эти слова всю свою силу, и Зет повиновался. Он щелкнул пальцами, мгновенно разморозив Джейсона. Тот рухнул на пол, запыхавшийся и вспотевший, но, по крайней мере, живой.
— Идиот! — Хиона протянула руку, и Джейсон вновь замерз, развалившись по палубе, словно медвежья шкура. Она ринулась к Зету. — Если хочешь взять девчонку в качестве приза, ты должен доказать, что способен ее контролировать, а не наоборот!
— Да, конечно, — Зет выглядел огорченным.
— Что касается Джейсона, — карие глаза Хионы блеснули. — Он и остальные твои друзья войдут в нашу коллекцию ледяных скульптур в Квебеке. Джейсон будет украшать мой трон.
— Очень умно, — пробормотала Пайпер. — Небось, ты весь день раздумывала над этой фразой?
По крайней мере, Пайпер знала, что Джейсон был жив; это приглушало панику. Дикий мороз можно было устранить, а это означало, что с ее друзьями все было в порядке. Пайпер нужно было просто придумать план по их освобождению. К сожалению, она не была Аннабет. Она не была так хороша в разработке планов на ходу. Ей нужно было время, чтобы подумать.
— Что насчет Лео? — выпалила она. — Куда ты его послала?
Снежная богиня обошла Джейсона по кругу, рассматривая его так, словно он был образцом тротуарного искусства.
— Лео Вальдес заслуживает особого наказания, — сказала она. — Я отправила его в такое место, из которого он никогда не сможет вернуться.
Пайпер не могла дышать. Бедный Лео. Мысль о том, что она больше никогда не увидит его снова почти сломила ее. Хиона, должно быть, заметила это по ее лицу.
— Увы, моя дорогая Пайпер! — она триумфально улыбнулась. — Но это к лучшему. Лео мог бы превратиться в ледяную скульптуру... но не после того, как оскорбил меня. Этот дурак отказался перейти на мою сторону! И его власть над огнем... — Хиона покачала головой. — Он не может дойти до Дома Аида. Боюсь, что господин Клитий любит огонь еще меньше, чем я.
Пайпер сжала свой кинжал. «Огонь, — подумала она. — Спасибо, что напомнила, ведьма». Она оглядела палубу. Как создать огонь? Греческий огонь находился у баллисты, но до него было не достать. Даже если Пайпер удастся пробраться к нему, не превратившись при этом в глыбу льда, он сожжет все на своем пути, включая корабль и ее друзей. Должен был быть другой путь. Глаза Пайпер устремились к носовой части корабля.
Ой. Носовая фигура Фестуса могла создавать огонь. К сожалению, Лео ее выключил. Пайпер понятия не имела, как запустить голову Фестуса. И у нее совсем не было времени на поиски нужного контроллера на консоли корабля. Она смутно помнила, как Лео разбирал бронзовый череп дракона, что-то бормоча себе под нос об управляющем диске, но даже если Пайпер и смогла бы добраться до носа корабля, она все равно не знала принцип работы этого устройства. Всё-таки, какой-то инстинкт подсказывал Пайпер, что Фестус был ее единственным шансом. Если бы только она могла придумать, как убедить своих похитителей позволить ей подобраться к голове дракона достаточно близко.
— Ну! — прервала Хиона ее мысли. — Я боюсь, что наше время подходит к концу. Зет, если ты хочешь...
— Подожди! — воскликнула Пайпер.
Одна команда, и это сработало. Бореады и Хиона хмуро посмотрели на нее в ожидании. Пайпер была уверена, что могла контролировать их при помощи своего голоса, но вот Хиона была проблемой. Дар убеждения работает плохо, если вы не нравитесь человеку. Также он плохо работает на таких могущественных существах, как боги. Доказательство плохого дара убеждения — ваша жертва знает, что ее пытались очаровать, поэтому всячески стремится предотвратить это и постоянно находится начеку. Все вышеприведенное касалось Хионы.
Что бы сделала Аннабет? «Задержка, — подумала Пайпер. — Если сомневаешься — надо заговорить им зубы».
— Вы боитесь моих друзей, — сказала она. — Тогда почему бы вам просто не убить их?
Хиона рассмеялась.
— Будь ты богом, ты бы поняла. Смерть так коротка, так... неудовлетворительна. Ваши жалкие смертные души отлетят в Подземный мир, и что же произойдет потом? Лучшее, на что я могу надеяться — вы попадёте на Поля Наказания или Асфоделей, но вы, полубоги, невыносимо благородные. Скорее всего, вы отправитесь в Элизиум или получите возможность возродиться снова. Почему я должна вознаграждать твоих друзей таким образом? Зачем... если я могу наказывать их целую вечность?
— А я? — Пайпер не хотелось этого спрашивать. — Почему я до сих пор жива и не заморожена?
Хиона взглянула с досадой на брата.
— Зет приберег тебя для кое-чего иного...
— Я великолепно целуюсь, — пообещал Зет. — Сама увидишь, красавица.
Эта мысль заставила желудок Пайпер сжаться.
— Но это не единственная причина, — сказала Хиона. — Это потому, что я ненавижу тебя, Пайпер. Глубоко и по-настоящему. Если бы не ты, Джейсон остался бы со мной в Квебеке.
— Не слишком ли бредово?
Глаза Хионы стали такими же жесткими, как и бриллианты на ее обруче.
— Ты назойливая дочурка бесполезной богини. Что ты можешь сделать в одиночку? Ничего. Из всех семи полукровок ты самая бесполезная и самая слабая. Я бы хотела бросить тебя на этом корабле, беспомощно плывущую по течению, пока Гея пробуждается и рушит мир... Убедиться, что ты ушла с моей дороги.
Она указала на Зета, который сотворил что-то из воздуха — замороженную сферу, размером с мяч для софтбола, покрытую ледяными шипами.