– Семь минут, – протянула Пасифая. – Ах, было бы у нас больше времени! Через сколько унижений я заставила бы вас пройти!
«Вот оно!» – сообразила Хейзел. Нужно сыграть по ее правилам. Пусть лабиринт станет еще опаснее, еще удивительнее – тогда Пасифая отвлечется на ловушки и перестанет обращать внимание на то, куда ведет очередной коридор.
– Лео, прыгаем! – заявила Хейзел.
– Но…
– Тут не так уж далеко, как кажется. Вперед! – она схватила его за руку, и они прыгнули через яму. Приземлившись, Хейзел оглянулась, но не увидела позади ничего, кроме трехдюймовой трещины в полу.
– Бежим! – поторопила она.
И они бросились вперед, а вслед им донесся затихающий голос Пасифаи:
– О нет, моя дорогая, нет-нет. Так вам никогда не выжить. Шесть минут.
Потолок над ними с грохотом разошелся. Хорек Гейл предупреждающе пискнула, но Хейзел представила новый туннель, уходящий влево, – еще более опасный и ведущий совсем в другом направлении, нежели то, которое было им нужно. Туман под нажимом ее силы воли обмяк, и проход возник прямо на их глазах, и Лео с Хейзел свернули.
Пасифая огорченно вздохнула.
– И ничего у тебя не выходит, моя дорогая.
Но в груди Хейзел уже зажглась искра надежды. Она смогла создать туннель. Вплела собственную ниточку в волшебное полотно Лабиринта.
Пол под ногами вдруг обвалился. Хейзел прыгнула вбок, дернув за собой Лео, и представила другой коридор, заворачивающий к тому месту, откуда они начали, но заполненный ядовитым газом. И лабиринт подчинился.
– Лео, задержи дыхание! – предупредила она.
Они нырнули в ядовитый туман. В глаза Хейзел будто налили перечного сока, но она и не думала останавливаться.
– Пять минут, – объявила Пасифая. – Как обидно! Я бы многое отдала, чтобы подольше полюбоваться на ваши страдания.
Они выбежали в туннель с чистым воздухом. Лео закашлялся.
– Я бы многое отдал, чтобы она заткнулась.
Они поднырнули под готовые удушить их бронзовые шнуры гарроты. Хейзел представила, как туннель – совсем по чуть-чуть – поворачивает назад к Пасифае. Туман подчинился ее воле.
Боковые стены коридора начали сужаться, но Хейзел даже не пыталась их остановить. Наоборот, она ускорила их сближение, заставила пол затрястись, а по потолку побежали нехорошие трещины. Теперь она и Лео оказались на самом деле на волосок от смерти, они со всех ног бежали по медленно заворачивающему туннелю, который – как надеялась Хейзел – приблизит их к центру зала.
– Какая жалость, – сказала Пасифая. – Мне бы так хотелось убить и вас, и ваших друзей в лифте, но Гея настояла на том, чтобы сохранить вам жизнь до празднества в честь Надежды, когда ваша кровь прольется с куда большим толком. Эх, ну что ж. Придется найти новых жертв для моего Лабиринта. Кого-нибудь получше второсортных неудачников.
Хейзел и Лео пришлось резко затормозить. Впереди открылся проем такой длины, что Хейзел даже не могла разглядеть его конец. Откуда-то из темноты внизу послышалось шипение тысяч и тысяч змей.
Хейзел подумала вернуться, но туннель за их спинами закрылся, оставив их в узком тупике. Хорек Гейл забегала по плечам девушки, возбужденно фыркая.
– Так, ладно, – пробормотал Лео. – Раз стены двигаются, значит, должен быть скрытый механизм. Дай мне секунду.
– Нет, Лео, – возразила Хейзел. – Пути назад нет.
– Но…
– Держи меня за руку, – сказала она. – На счет три.
– Но…
– Три!
– Что?!
Хейзел спрыгнула в пропасть, утянув за собой Лео. Она выбросила из сознания его крики и вцепившегося ей в шею хорька, устроившего газовую атаку, и сосредоточила все свои внутренние силы на взятии под контроль магии Лабиринта.
Пасифая восторженно захохотала, прекрасно зная, что в любую секунду они либо разобьются, либо окажутся закусанными до смерти змеями.
Но вопреки этим образам Хейзел представила крутой склон слева от себя. Перекувырнувшись прямо в воздухе, она слегка ушла в сторону, и они с Лео, больно ударившись о скальную поверхность, заскользили вниз и приземлились прямо на голову Пасифае.
– Ай! – колдунья здорово приложилась затылком об пол, когда Лео, подмяв ее под себя, уселся ей прямо на грудь.
На одно короткое мгновение трое людей и хорек превратились в единый ком из спутанных тел и конечностей. Хейзел попыталась обнажить меч, но Пасифае удалось вырваться первой. Колдунья поспешила отойти назад, элегантный пучок сместился вбок и напоминал помятую съехавшую верхнюю часть многоуровневого торта. Платье покрывали жирные пятна от инструментов с пояса Лео.