– Они идут за вами, да. Они знают, что вы здесь. Гиганты и титаны. Потерпевшие поражение. Они знают.
Потерпевшие поражение…
Аннабет постаралась справиться с нахлынувшим ужасом. Со сколькими титанами и гигантами ей с Перси пришлось сражаться за эти годы? И каждый сам по себе казался непобедимым. А если все они сейчас здесь, в Тартаре, и начали охоту на Перси с Аннабет…
– Тогда почему мы остановились? – спросила она. – Мы должны спешить.
– Скоро, – ответил Боб. – Но смертным нужен отдых. Здесь хорошее место. Лучшее на всем… ох, очень и очень долгом пути. Я защищу вас.
Аннабет бросила на Перси красноречивый взгляд: «Ну уж нет!» Бродить в компании титана уже само по себе было плохо. А заснуть, пока титан тебя охраняет… не нужно было родиться дочерью Афины, чтобы понимать, что эта идея на все сто процентов неблагоразумная.
– Ты спи, – сказал ей Перси. – Я постою на карауле вместе с Бобом.
Боб согласился:
– Да, это хорошо. Когда ты проснешься, уже будет еда.
От упоминания о еде желудок Аннабет сделал кульбит. Она и представить не могла, как Боб собирался добыть пищу посреди Тартара. Но, может, он совмещал профессию уборщика с профессией поставщика?
Спать не хотелось, но организм ее предал. Веки налились свинцом.
– Перси, разбуди меня на вторую смену караула. Не строй из себя героя.
Он одарил ее столь любимой ею ухмылкой.
– Кто, я?
И поцеловал ее потрескавшимися и ненормально горячими губами.
– Спи.
Аннабет почудилось, что она вновь в домике Гипноза в Лагере полукровок и сонливость одолевает ее. Свернувшись калачиком на твердой земле, она закрыла глаза.
XXII. Аннабет
Позже она установила себе твердое правило: больше НИКОГДА не спать в Тартаре.
Сны полубогов вообще всегда плохие. Даже когда она спала в полной безопасности на своей койке в лагере, ей всегда снились жуткие кошмары. В Тартаре же они стали в тысячу раз реалистичнее.
В самом начале она вновь увидела себя маленькой девочкой, пытающейся взобраться на Холм Полукровок. Лука Кастеллан тянул ее за руку. Их сатир-защитник Гроувер Ундервуд нетерпеливо подпрыгивал на вершине холма, постоянно подгоняя их:
– Скорее! Скорее!
За их спинами стояла Талия Грейс, в одиночку сдерживающая целую армию церберов с помощью своего щита Эгиды, пробуждающего страх в любом, кто посмотрит на него.
Добравшись наконец до вершины, Аннабет окинула взглядом раскинувшийся в долине внизу лагерь – теплые огоньки домиков, обещающие убежище. Тут она оступилась и подвернула ногу, и Лука взял ее на руки. Оглянувшись, она увидела, что монстры уже всего в нескольких ярдах, и целые дюжины их окружили Талию.
– Бегите! – крикнула Талия. – Я задержку их!
Взмахом копья она наслала на монстров разряды молний, но на место павших церберов тут же пришли другие.
– Нужно бежать! – воскликнул Гроувер.
Он повел их к лагерю. Лука бежал за ним с рыдающей Аннабет на руках, она колотила его кулачками в грудь и кричала, что они не могут оставить Талию одну. Но было уже слишком поздно.
Картинка изменилась.
Аннабет, уже постарше, взбиралась по Холму Полукровок. На том месте, где в своем последнем бою стояла Талия, теперь устремлялась в небо высокая сосна. Над головой зависли грозовые облака.
От грома вся долина содрогнулась. Молния пронзила дерево до самых корней, расщепив его и открыв проход в земле, из которого тут же повалил дым. Там, в темноте, стояла Рейна, претор Нового Рима. На ней была мантия цвета свежей венозной крови. Золотые доспехи сверкали. Она подняла глаза, на ее лице застыло величественное и холодное выражение, а голос зазвучал прямо в голове Аннабет.
«Ты хорошо потрудилась, – сказала Рейна голосом Афины. – Теперь же пусть крылья Рима отнесут меня к концу моего путешествия».
Черные глаза претора посерели, прямо как штормовые облака.
«Я должна стоять здесь, – продолжила Рейна. – А римлянин должен привезти меня».
Холм содрогнулся. Земля пошла рябью, а трава превратилась в складки шелка – одежды огромной богини. Над Лагерем полукровок поднялась Гея – ее спящее лицо размером с целую гору.
Холмы заполонили церберы. Со стороны пляжа начали наступление гиганты, шестирукие эксихейры и дикие циклопы, повалив обеденный павильон, они подожгли домики и Большой дом.
«Скорее, – произнес голос Афины. – Сообщение должно быть доставлено».
Земля под ее ногами разверзлась, и девушка рухнула в темноту.
Ее глаза распахнулись. С криком Аннабет схватила руку Перси и вместе с тем поняла, что она все еще в Тартаре, у храма Гермеса.
– Все хорошо, – заверил ее Перси. – Плохой сон?