Шардали: – В результате атаки пострадали наши мирные жители. Около сотни убитых. Это все мы и снимали. Атаку мы отбили к вечеру. В ответ на эти действия я был вынужден приступить к выполнению директивы в полном объеме.
Павел: – Сейчас в городе есть русины?
Шардали: – Есть, около тысячи человек. Все они зарегистрированы как принявшие джабиризм. Сейчас в городе спокойно. Наши подразделения полностью контролируют ситуацию.
Аббас: – Спокойно. Только в Ясеваце может начаться эпидемия холеры? Не знаешь, что у тебя под носом делается? Зачем ты сбрасывал трупы в реку? Да еще и в таком количестве?
Шардали: – Не подумал, господин полковник.
Аббас: – А ты, о чем думал? Несколько тысяч тел отнесло вниз по течению. К соседям. Мы говорим, что это жертвы резни, устроенной русинами. А что нам остается делать?
Павел: – Медики сюда приехали. Эпидемиологи. Французы. А что делать? Мы их пригласили. Своих у нас нет. И как ты думаешь, что они расскажут, когда вернутся домой?
Шардали: – Да как труп русина отличить от джибрила?
Аббас: – По-моему, тебе пора отдохнуть, Рамзан.
Павел: – Никаких следов быть не должно? Понял? Подчищай все. Даю тебе сутки. Максимум двое. Французы будут тут послезавтра к вечеру.
Аббас: – Церкви целы?
Шардали: – Целы. Но не все. Все равно там никого нет. Священников и монахов почти всех казнили.
Аббас: – Что значит не все?
Шардали: – Некоторые сгорели.
Аббас: – Снести. И выровнять эти места. Чтобы даже намека не осталось, что там что-то было. На следующей неделе начнем строить на этих местах молитвенные дома. Кто-то из монахов ушел в горы? Верно?
Шардали: – Если ушли, то не больше десятка человека. Операция по их поимке идет.
Павел: – Рамзан, ты слышал о полковнике Ракове?
Шардали: – Нет. Это кто?
Павел: – Твои люди взяли его в горах, а ты не в курсе.
Шардали: – Да. Арестовали некого гражданского, но его брали не мы. Его брали люди полковника Измита.
Аббас: – А твои люди что умеют? Рубить руки и ноги, головы? Отрезать языки? Если я увижу хоть одного из твоих солдат с бусами из глаз или с языками на поясе, расстреляем на месте. Я таких уже видел. В городе остается президентская рота. Будешь подчиняться командиру этой роты – майору Али Мураду. Наведете порядок. Если за двое суток не выполнишь все, что мы тут тебе говорили, будешь как русины – лежать на дне реки. Все ваши серпы уничтожить. Дисциплина и порядок.
Шардали: – Слушаюсь, господин полковник.
Павел: – Не дай тебе Бог, появится в этом фартуке в городе. Сжечь его. Все корзины с глазами сжечь. Ты что, Шардали, у всех убитых глаза вырезал?
Шардали: – Без глаз они на том свете не смогут увидеть Бога. И попадут в ад.
Павел: – Ну, ты и болван…
Шардали: – Я каждый день молюсь пять раз. Тысячу раз в день повторяю молитву «Собханалла» (перевод: Бог свободен от всего, что мы приписываем ему). За это для меня в раю уже посажено дерево. Кто будет каждый день повторять эту молитву, для того Бог посадит в раю дерево. Это очень хорошая молитва. Мне о ней рассказал один учитель веры.
Аббас: – Рамзан, подумай. Если ты убивал врагов с ненавистью в сердце, тебе твоя молитва не поможет.
Шардали: – Господин полковник, то, что я делал – делал не я, а живущий во мне Бог. Все мои поступки его поступки. И добрые, и злые. Почему я будут отвечать за то, что делал не я? Он работает во мне. Он пахарь, а я его плуг. Он жнец, а я его серп.
Павел: – Шардали, ты все понял, что мы тебе сказали? Если узнаем, что ты самодеятельностью занимаешься, расстреляем без суда и следствия. Все в твоих руках. Начинай исправлять то, что наделал…
Шардали: – Все будет исполнено, господин генерал.
В комнату входит лейтенант: – Господин Шардали…
(осекается).
Павла мгновенно закрывает охрана.
Аббас: – Это помощник Шардали, господин Павел.
Охрана расступается.
Павел: – Ты как сюда попал? На входе тебя не остановили?
Лейтенант: – Господин Павел, мир вам.
Павел: – Мир и тебе, лейтенант.
Лейтенант: – У меня проверили документы ваши охранники.
Павел: – Лейтенант, ты что-то хотел спросить у майора Шардали?
Лейтенант: – Да…Но..
Аббас: – Спрашивай.
Лейтенант: – Что делать с отцом Серафимом?
Аббас: – Кто такой?
Шардали: – Настоятель главного собора.
Павел: – А что вы с ним делаете?
Лейтенант: – Мы пытаемся узнать у него, где находятся пещерные монастыри.
Аббас: – Под пытками?
Лейтенант: – Так точно. Дело в том, что он умирает уже. И мы не сможем уже ничего узнать у него.
Аббас: – У вас есть рация, лейтенант?
Лейтенант: – Со связью все в порядке. Дело в том, что такие вопросы мы обычно решали в личной беседе с майором.