Рут взяла со стола нож для разрезания бумаги, сделанный из единого куска кости, поставила острием на палец и попыталась удержать в вертикальном положении.
Нет, Кид ни при чем.
Вероятнее всего, он ничего не знал ни о первом, ни о втором завещании.
Ясно было другое: если Лидия в конце концов выиграет спор и вернет семейную реликвию, то картина по прошествии некоторого времени достанется ей, Рут. На данном этапе ничего изменить нельзя, и именно это могут поставить ей в вину. Вот к чему приводят благие порывы, вот чем оборачивается невинное желание помочь старушке перейти улицу, вот чем чреваты добрые инициативы. Куда ни ступи — обязательно угодишь в дерьмо.
И потом уже не отмоешься.
На столе зазвонил сотовый. Рут вздрогнула. Костяной нож Сандера свалился на пол. Разбуженная Принчипесса спрыгнула с колен. Телефон стоял на виброрежиме и с каждым звонком продвигался по слегка наклонной поверхности на пару сантиметров ближе к краю, словно толстый черный заводной таракан.
Рут схватила его.
Текстовое сообщение.
Chickenshit! Ты не вняла моим предупреждениям. Как и все женщины, ты глупа и тщеславна. Скоро, очень скоро дьявол потребует расплаты. Может быть, душа твоя еще жива.
Она положила трубку, но не прошло и минуты, как телефон сработал снова.
Может быть, ты все же знаешь, кто твой настоящий враг — в конце концов, это так очевидно. У меня есть то, что тебе нужно.
Рут сжала аппарат. Что же делать? Где искать помощи?
И опять звонок.
Встречаемся сегодня в 10 вечера на мосту Магере, со стороны Керкстраат. Приходи одна. И помни: глаз мой всевидящ — от него не скроешь ничего. 47 107,8682.
Ух ты! Свидание! Кто бы мог подумать! А я-то уж решила, что веселые денечки позади.
Рут задержала дыхание и невольно поежилась. Поднялась. Посмотрела на себя в зеркало. То, что она там увидела, ей не понравилось.
В своих глазах она увидела страх.
Глава двадцать девятая
— Послушайте, Смитс, откуда мне знать, кто он такой? — крикнула Рут в трубку. — Думаете, я это все сочинила? Ладно, раз вам так уж хочется — пусть. Считайте, что сочинила. Я иду туда, к мосту, и вижу одноглазого торговца глазированными яблоками с растрепанными седыми волосами, бородой до колен и с боливийской шиншиллой на плечах. Я говорю: «Что-то у вас яблочки сегодня не такие хрусткие, как обычно». Он подмигивает — не старикашка, зверек — и впускает меня в свое волшебное шиншилловое королевство. Такой вариант вам больше нравится? — Она прислушалась — судя по скрежету, полицейский все же попытался дать задний ход. — Ладно, забудьте. Извините, сорвалась. Но все и впрямь получается, как в кино. Вам лучше держаться в сторонке и до поры не высовываться. Потом, когда он прицелится и разрядит в меня первую обойму, вы выпрыгиваете из засады и ловите отравленные пули на лету. Поняли? Сможете?
Рут положила телефон в чехольчик и заглянула к Лидии. Старушка еще спала. Во сне она ворочалась и пускала газы. В комнате пахло формальдегидом.
Захватив коньки, Рут вышла из дому.
За каналом в окнах первого этажа дома Скиля горел свет. Шторы не были задернуты, и пока она стояла, оборачивая вокруг шеи шарф, в одном из окон появился Скиль, точнее, его голова.
Рут замерла и прищурилась.
Зрелище было странное и даже немного сюрреалистическое — неподвижная, слегка наклоненная голова на подоконнике. Скиль не шпионил за ней, он даже не смотрел на дом Лидии. Наверное, просто любовался вечерним небом.
Рут задержалась, вдыхая смешанный аромат вереска и наперстянки, вглядываясь в медленно густеющее, темное, с оттенком индиго, небо, нависающее над резным парапетом остроконечных крыш. Перейдя на другую сторону улицу, она прошла вдоль Кейзерсграхта, спустилась по стертым каменным ступенькам к замерзшей глади канала и, опустившись на нижнюю, надела коньки и туго затянула шнурки.
План был прост.
Зная, что мистер Периодическая Таблица, он же Одноногий Джон Сильвер, будет ожидать ее на мосту, Рут решила преподнести ему сюрприз: во-первых, появиться из-под моста, а во-вторых, не с севера, от пересечения канала с рекой Амстел, а с другого направления, сделав круг через Лейдсеграхт и Сингелграхт. Таким образом она получит какое-никакое тактическое преимущество: увидит врага на секунду раньше и, может быть, успеет собраться и даже определить модель поведения. «К тому же, — рассуждала Рут, — уж если тебе выпало приключение, то почему бы не получить от него всю порцию удовольствия?»