Она допила мартини и дожевала мясо. В тарелке плавала теплая кровь. Рут вытерла ее кусочком хлеба, кусочек отправила в рот и промокнула салфеткой губы.
Музыка баюкала.
— Маленький был стейк, — подал голос Смитс. — Без гарнира. На мой взгляд, так могли бы и больше положить.
— Вкусно — это не обязательно много, — не поворачиваясь, ответила Рут и почувствовала, как он улыбается.
— А я вот красное мясо не ем. Не могу себе позволить. Высокое давление. Приходится осторожничать.
— Неужели? — Ей хорошо удался равнодушно-усталый тон. Она повернулась, одарила его ироничной улыбкой и закинула ногу за ногу. Попробуй-ка, возьми — ногти обломаешь. — У вас тоже нет дома? Вам тоже некуда пойти?
— Просто передумал. Решил перехватить вас у больницы. Не ожидал, что пойдете к ней. Мне показалось, вы шутили, когда сказали, что хотите ее навестить.
— Шутила? С какой стати?
— Подозрительность, — Смитс постучал себя пальцем по виску, — неотъемлемая черта детектива. Что-то вроде профессионального заболевания. Сказать по правде, хотел проверить, хватит ли у вас духу.
Без пальто и ушанки он выглядел — Рут признала это не без сожаления — настоящим щеголем. Дорогой костюм в клетку, сшитая на заказ рубашка с расстегнутой верхней пуговицей, приятный шелковый галстук, немного распущенный, как будто Смитс хотел выбраться из петли, — все это несло недвусмысленное послание миру: «Я свое отпахал, а теперь желаю расслабиться». В общем, его наряд гармонировал с зеленым стилем бара.
Старомодный сыщик со старомодным чувством собственного достоинства. Вот только белые кроссовки «Рибок» нарушали целостность образа.
У него были бледные ресницы, светлые брови и слегка вьющиеся блондинистые волосы, чего Рут не рассмотрела в полутьме на барже, и они давали представление о том, как он выглядел в молодости. Впрочем, она не собиралась отказываться от уже сложившегося впечатления: Смитс остался для нее сумчатым. Плотный, даже грузный, с тяжелыми мешками под глазами, толстой нижней губой. Коп. Даже при отсутствии других вариантов она не взяла бы мыло в его душе.
Помахав официанту рукой, Рут заказала еще один мартини.
— Вы позволите? — спросил Смитс, указывая на свободный стул за ее столиком.
Она равнодушно пожала плечами.
Он перебрался к ней и заказал «Чивас ригал».
— С моей баржей кто-то поработал, — сказала Рут.
— Дрест мне звонил. Рассказал про стиральную машину. Проблема с гидродинамикой, а?
— Этот шланг никогда не доставал до воды. Его удлинили. Надеюсь, он вам и об этом рассказал.
— Конечно, — улыбнулся Смитс. — Придется поверить вам на слово.
С самого утра в кармане кардигана лежало последнее сообщение. Не говоря ни слова, Рут достала листок, развернула и положила на стол перед детективом. Прочитав, он вопросительно посмотрел на нее.
— Прислал тот же гад, — объяснила она.
— Похоже, вы его чем-то расстроили.
Рут вскинула голову:
— У меня нет такого хобби — расстраивать людей. Я даже не уверена, что знаю, кто это.
— Но предположение есть?
— Подозрение. Я получила уже два таких сообщения.
— Там, где про ложь… звучит довольно специфично.
Рут возмущенно фыркнула. Она не знала, известно ли Смитсу что-нибудь о Лидии и картине. Это зависело от того, насколько долго и обстоятельно он разговаривал с Жожо, которая была единственным потенциальным источником такой информации. Она решила не спешить с откровениями.
— Возможно ли отправлять электронные сообщения анонимно?
— Запросто. Электронное сообщение имеет заголовок, показывающий, откуда оно пришло. Мошенники и жулики пользуются ремейлерами — сайтами, которые автоматически пересылают почту анонимно. Теоретически на провайдера можно получить ордер, но это требует времени. Если ваш приятель прыгает с одного ремейлера на другой, поймать его сложно. Понимаете, о чем я? Ремейлеры могут находиться где угодно, даже на краю света, в каком-нибудь интернет-кафе в Тимбукту или в темной сети.