Тронулись двойной тягой. Светало. По сторонам замелькали столбы, дома, деревья. Засвистел ветер, заторопились колеса. На поворотах Васька высовывался и, держась за поручни, окидывал состав цепким взглядом. В лицо ударял ветер с песком; видно, занесли сапогами и гусеницами на платформы. Васька невольно воображал себя сидящим в одной из боевых машин.
Работая на железной дороге первый год, Васька не знал еще, что совсем скоро кондукторов не будет, а вместо «звенок» вагоны оборудуют сплошной автосцепкой.
В середине дня состав поставили под разгрузку. Кондукторы направились к станционной дежурке. Обоим хотелось отбыть скорее попутным поездом в город. Шли торопливо по шпалам, словно бы от спешки зависел отъезд. Васька — первым, за ним с велосипедом на весу трусил Сенька, Сейчас Ваську умышленно не интересовала его «боевая техника», и он держался нарочито подчеркнуто: главный так и не объяснил, откуда и с какой стати взялся у него велосипед. Такое отношение Ваську задело и обидело.
Дежурный, как и на любой станции, был Сибиряку знаком.
— Здорово, начальник! — громко приветствовал его Сенька, открыв дверь служебки. Прямо через порог он вкатил в помещение совсем новый велосипед.
— Ты бы еще мотоцикл прихватил, — заметил дежурный и, сняв красную фуражку, протянул поочередно руку вошедшим.
— А что, надо? — с многозначительностью в голосе спросил Сенька. — Так притащу.
В глазах его мелькнуло озорство. Невзначай сказав, дежурный как бы подстегнул, навел Сеньку на шальную мысль. По сузившимся, чуть раскосым глазам главного Васька догадался, что он и в самом деле готов за что-то потрафить дежурному небольшой станции, на которой, кроме пригородного да редких товарняков, как сегодня, и поезда-то не задерживались… Сеньке же, очевидно, хотелось поговорить с местным дежурным.
Непонятен был сейчас Ваське начальник. Какая-то тревога исходила от его суеты и загадочности, что-то скрывал он, недоговаривая, от чего Васька тоже стал тревожиться. Путаясь и теряясь в предположениях, он молчаливо слушал Сеньку и дежурного, неожиданно снявшего трубку аппарата:
— Кленовая слушает. Сборный по сквозному? Ладно.
— Отправь-ка ты нас этим сборным, — попросил Сенька. — Вот так надо домой!.. — провел он ребром ладони по горлу.
— До пригородного не уедете, ребята. Запрещено останавливать, сами знаете. Попадется кто, шуму да крику наделает, — дружески укорил Сеньку дежурный.
— Попроси скорость сбавить.
— На ходу нельзя.
— А то давай сам посигналю?
— Я тебе посигналю, — пригрозил дежурный. — Под суд угодишь.
— Да мигом вскочили бы…
— И как это ты мигом вскочишь со своим драндулетом? Не могу, ребята, ей-богу, не могу. Объясняться придется.
— Тебя это смущает? — спросил в свою очередь Сенька, показывая на велосипед. — Его я не повезу… — заключил он с тяжелым выдохом.
— Купил, что ли, на какой станции?
— В городе.
Дежурный уставился недоуменно на Сеньку:
— В го-ро-оде? Так и вез бы сразу домой.
— Времени мало было…
Услышав это, Васька насторожился: Сенька говорил неправду. К поезду он приходил вначале без велосипеда, с ним появился позже. И к чему понадобилось везти его? Постепенно Васька начал медленно прозревать. И чем больше он думал, тем сильнее растравлял в себе возмущение от внезапной догадки…
— Я сдаю скоро смену. «Уведут» ваш велосипед, — сказал дежурный.
— Не затем я вез его, чтобы стеречь, — возразил Сенька.
— Не пойму я тебя, Семен…
— В подарок тебе, чтоб домой было на чем добираться скорее. Далеко ведь живешь от станции? Я знаю.
— Ну, допустим, — смягчился дежурный. — Не все близко живут…
— Вот бери и на здоровье пользуйся. Помни Сеньку-сибиряка!
— Странный ты человек, Семен! Мне за двадцать лет работы дорога таких подарков не делала.
— Ну, народ! — возмутился Сенька, обращаясь к молчавшему Ваське. — Ты подумай, от добра отказывается. Поотвык, что ли?
Сенька поднялся и, не долго думая, покатил велосипед прямо к дежурному. Взяв его руку, он положил на руль, тем самым подчеркивая, что дело свершилось и ни к чему толочь воду в ступе:
— Бери. Не спорь!
— Да за что подарок-то? — растерянно допытывался дежурный.
— Есть за что…
— Хоть бы знал!
— Узнаешь — не возьмешь…
Дежурному то и дело звонили, и не хотелось мешать занятому человеку перед концом работы. Сенька махнул рукой и направился к выходу, услышав шум приближающегося поезда. Поднялся и Васька. Через станцию, не сбавляя скорости, прогрохотал товарный. Сенька проводил его каким-то тоскливо щемящим взглядом.