— От нас не сбегут, — пообещал Байрот.
— А если кто-нибудь из женщин вдруг задумает поджечь дом, чтобы воины вернулись в селение, убейте ее, не раздумывая.
— Едва ли женщины настолько глупы, — возразил Байрот. — Они ведь понимают: любое сопротивление принесет гибель им всем. А если они не станут упрямиться, то получат наше семя, но останутся живы.
Все трое отцепили конские поводья, обмотав их вокруг пояса. Затем плотно сжали коленями лошадиные шеи и привстали. Карса подбросил свой меч в воздух. Буран нетерпеливо ударил копытами. Байрот и Делюм тоже подкинули мечи.
— Веди нас, воитель! — произнес традиционные слова Делюм.
Карсе было достаточно слегка ударить пятками Бурана, чтобы тот двинулся вперед и в несколько прыжков пересек поляну. Затем юноша повернул коня влево и качнул перед его глазами мечом. Буран поскакал еще быстрее. Спутники Карсы разъехались в стороны, чтобы появиться из-за боковых домов. Право первым въехать в селение все равно принадлежало воителю.
Их заметили. Раздался пронзительный женский крик. Испуганные дети бросились врассыпную. Однако убежали не все. Какой-то мальчишка постарше, увидев чужого всадника, замахнулся на него палкой. Сверкнул кровавый меч: Карса без труда разрубил маленького смельчака надвое.
Краешком глаза Карса заметил старика, потрясающего своим посохом. С ним расправился Буран. Первый же удар задних копыт сбил дерзкого старца с ног, а несколько последующих превратили его голову в кровавое месиво. С окраин селения тоже слышались крики, испуганные и возмущенные. Впрочем, Байрот с Делюмом и не ждали радостной встречи.
Карса проехал все селение. Дальше начиналась поляна, а за нею — лес. Какой-то мальчишка стремглав несся туда, сжимая в руках меч. Оружие не было боевым, с такими мечами обычно упражнялись подрастающие воины.
Урид поскакал вслед за беглецом. Слыша за спиной тяжелый топот копыт и понимая, что спасительная стена леса еще слишком далеко, мальчишка обернулся и взмахнул мечом.
Карсе хватило одного удара, чтобы перерубить и меч, и шею парнишки. Буран поддел обезглавленное тело копытом, откинув его в сторону.
Когда-то двоюродный брат Карсы стал жертвой набега ратидов. Враги отрезали ему язык и уши и повесили беднягу на дереве вверх тормашками, вымазав ему голову испражнениями.
«Месть не знает срока давности. Я отомстил за тебя, сородич».
Буран замедлил бег, затем остановился и повернулся мордой к деревне.
Байрот и Делюм уже успели расправиться со всеми непокорными. Теперь они гнали женщин к общему очагу, что находился в центре селения.
Карса направился к ним.
— Эй, жену вождя оставьте мне! — крикнул он.
Его соратники кивнули, даже не попытавшись возразить. Оба пребывали в радостном возбуждении. Байрот обвел глазами женщин и указал мечом на одну из них — миловидную ратидку средних лет. Она вышла из толпы вместе с дочерью, которая была как две капли воды похожа на мать.
«Наверное, ровесница Далиссы», — подумал Карса, разглядывая обеих пленниц. Те столь же пристально глядели на него.
— Байрот Гилд и Делюм Торд, выбирайте себе первых. Я постерегу остальных.
Довольно улыбаясь, оба воина спешились. Они быстро выбрали себе женщин и отправились по разным домам, ведя свою добычу за руку. Ратидки даже не пытались сопротивляться. Карсу это удивило.
— А твои воины сразу заметили, кому из наших не терпится, — с усмешкой бросила юноше жена вождя.
— Сомневаюсь, что такая прыть понравится их отцам или мужьям, — ответил Карса.
«Вот уридские женщины не такие», — подумал он.
— Отцы и мужья об этом не узнают, если только вы сами им не расскажете, — все так же насмешливо продолжала его собеседница. — Только едва ли вы сделаете такую глупость.
— Почему глупость?
— Сомневаюсь, что вы захотите попасть в руки наших воинов. Они убьют вас без лишних слов.
Жена вождя подошла ближе.
— Наверное, ты считаешь, что уридские женщины не такие. Вернее, тебе хотелось бы так думать. Однако теперь ты понимаешь, что это вранье. Все мужчины глупы. Но ты уже немножко поумнел. Я вижу, как правда постепенно достигает твоего сердца. Назови свое имя, воитель.
— Ты слишком много болтаешь, — сердито заметил Карса. Между тем вопрос польстил ему. — Я — Карса Орлонг, внук Палика, — сказал он, расправляя плечи.
— Палика?
— Да. Тебе знакомо это имя?