— Пора бы усвоить, что я не владею путем Дэнула, — огрызнулся Эброн.
— Не забывайся, маг! Помни, с кем говоришь, — предостерег его Добряк.
— Виноват, господин капитан.
— А скажи-ка, чародей, — продолжал Добряк, — каким заклинанием ты сумел уложить этого великана?
— Заклинанием Руза.
— Это ведь твой магический Путь?
— Так точно, господин капитан. Это заклинание помогало мне ловить и оглушать в море дхэнраби.
— Постой-ка! Ты говоришь про громадных морских червей?
— Про них, господин капитан.
— Тогда странно, что этот теблор еще жив. Почему?
— Сам удивляюсь, господин капитан. Видно, он выносливее дхэнраби.
— Худ нас всех побери! — почесал в затылке Добряк, затем окликнул Каната: — Вот что, сержант: я снимаю с тебя и с твоего взвода наказание за учиненную попойку. Скорблю о ваших погибших. Понимаю, каково видеть, как у тебя на глазах убивают товарищей. Но это еще не значит, что я поощряю пьянство. Когда в следующей раз окажетесь рядом с пустой таверной, советую хорошенько подумать, прежде чем бражничать. Впредь спуску не будет. Я понятно выразился?
— Так точно, господин капитан.
— Вот и прекрасно. Эброн, оповести взводных, что мы покидаем этот миленький городок, и чем раньше, тем лучше. Сержант Канат, твой взвод будет следить за погрузкой припасов. На этом все. Вопросы есть?
— Что делать с пленным? — поинтересовался Эброн, кивая на Карсу.
— А как долго еще будет действовать твоя магическая сеть?
— Столько, сколько вам будет нужно, господин капитан. Но он испытывает сильную боль…
— Видно, теблор как-то приспособился. Пока оставь все, как есть. Нужно будет придумать, как затащить этого молодца в повозку.
— Нам понадобятся колья, господин капитан. Длинные и прочные.
— Можете рубить любые здешние деревья, — разрешил Добряк и ушел.
Карса ощутил на себе пристальный взгляд чародея. На самом деле боль от его магической сети давно притупилась: поочередно напрягая и расслабляя мышцы, теблорский воин расшатывал колдовские ухищрения малазанского низинника.
«Ничего, теперь уже недолго…»
Глава третья
Среди семей-основательниц Даруджистана значится и династия Номов.
Я скучал по тебе, Карса Орлонг.
Из-за побоев лицо Торвальда Нома стало почти черным. Правый глаз даруджийца совсем заплыл. Ном лежал на охапке грязной соломы, прикованный к передней стенке повозки. Левым глазом он следил за тем, как малазанские солдаты, кряхтя и ругаясь, затаскивают в нее теблорского воина. Руки и ноги Карсы были привязаны к толстым кольям. Повозка кренилась то вправо, то влево и отчаянно скрипела.
— Волов жалко, — буркнул Осколок.
Малазанец раскраснелся от натуги. Чуть передохнув, он отвязал колья и не без усилий выдернул их из-под теблора.
Рядом стояла вторая повозка. Повернув голову, Карса увидел в ней Сильгара, Дамиска и еще троих натианских низинников. В отличие от лица Нома, лицо рабовладельца напоминало кусок изжеванной белой тряпки. Его богатая одежда была изрядно помята и перепачкана. Карса засмеялся.
Сильгар встрепенулся, полоснув взглядом по уридскому воину.
— Где же твои рабы? — с вызовом спросил юноша.
Малазанец, которого звали Осколок, вновь запрыгнул в повозку.
— Эброн! А ну-ка иди сюда! — крикнул он, приглядываясь к Карсе. — Он что-то сделал с твоей магической сетью.
Чародей прищурился, не веря своим глазам.
— Худ его побери, — пробормотал Эброн. — Осколок, тащи сюда цепи! Самые крепкие, какие у нас есть. И побольше. Капитану не забудь сказать.
Осколок побежал за цепями. Эброн остался рядом с Карсой.
— Да у тебя никак жилы из отатараловой руды? Нерруза мне свидетельница, это заклинание убивает всех. Как ты еще живешь? Ты бы должен был спятить от боли, а по тебе этого не скажешь. — Маг растерянно почесал переносицу. — С тобой явно не все так просто. Что-то тут есть. Вот только не пойму, в чем подвох.
К повозке сбегались малазанские солдаты. Одни несли цепи, другие держали наготове заряженные арбалеты.
— Нам теперь уже можно до него дотрагиваться? — опасливо косясь на Карсу, спросил кто-то из солдат.
— Теперь можно, — ответил Эброн и сплюнул.
Зычный, оглушительный крик, вырвавшийся из глотки Карсы, разметал всю магию малазанца.