13.1
Игвар
(Неделя с момента конца первой части)
Срочная корреспонденция высшего уровня конфиденциальности приходила ему по магическому каналу. Для отправки таких сообщений требовалось большое количество энергии и отправлять ее могли лишь маги определенного, до комиссионного уровня. Срок службы в отделе срочной корреспонденции был всего три месяца, но после либо Хранилище, либо пенсия с пожизненным ношением сигнальных артефактов. Правда платили за эту работу более чем щедро. Три месяца и у тебя на счету небольшое состояние. Хватит, чтобы прожить в комфорте достаточно долго, а при грамотном распределении средств и вложении, даже всю жизнь. Не многие маги были способны на это. На такую работу. Поэтому по праву подобная переписка считалась чем-то особенным, доступным для избранных.
На рабочий стол Вероны, сопровождая свое появление хлопками, один за другим упали два конверта. Один, из обычной, чуть желтоватой бумаги, а второй, белый с серебряным теснением и белой восковой печатью.
– От белых? Что им еще от нашей семьи надо? – раздраженно фыркнула Верона переводя на конверты свои покрасневшие от слез глаза.
Она была верна себе. Она переживала за Итона. Она чувствовала больше чем могла объяснить. Все чаще плакала и повторяла, что так не должно быть. Их нельзя разлучать. Их пути наконец-то сошлись. Эти сволочи, Белые, накинулись на него как шакалы на раненую дичь.
– Жадные твари! Ненавижу, – прорычала она и вновь заплакала, когда он выдернул из ее руки конверт.
– Посмотри, что во втором. Я прочту этот.
Нечего не остается как отвлекать беременную ведьму самыми бессмысленными и ненужными просьбами.
Прочтя записку в конверте от скомкал ее и сжег не разжимая пальцев. Так ему было больно, так он глушил гнев внутри. Его ведьмочка должна думать, что он в меру спокоен. В меру.
– Что у тебя? – спросила она, отложив плотный лист бумаги.
– Сначала ты, крошка.
– Знаешь, мы хотим мяса, – произнесла она задумчиво, погладив свой пока еще плоский животик, – и мороженного. Вишневого.
– Хорошо. Так что в письме? - беременная любимая, это прекрасно, но ...
– Ты теперь герцог. Земли, капиталы... и прочая.... ерунда. А у тебя?
– Герцог? Я им смогу стать, когда будет зафиксирована смерть Итона, как носителя этого титула, прав на все земли и капиталов.
– Смотри сам, – она протянула ему лист, – так что у тебя? И я все так же ощущаю связь с Итоном. Так что...
– Только это меня и успокаивает сейчас, милая. Только это.
– Игвар, – укоризненно покачала она головой, напоминая о заданном прежде вопросе.
– Глава Сафир Юдай просит посетить его. Просит... Настоятельно. Скорее вызывает к себе в Хранилище. Как можно быстрее, – в это время в кабинет Вероны постучались и вошли трое в белой форме, – видишь?
– Вижу.
– Нас обоих, милая.
- О!
Офицеры Белых сопровождали их от кабинета Вероники до портальной площадки. И весь путь Игвар терялся в догадках или же пребывал в сомнениях. Это почетный караул или конвой? Все зависит от того, что именно нужно главе Белых. Сильнейшему «поглотителю» императора. Человеку, чья потребность в частицах «Оро» так велика, что он более похож на бездонную бездну, которую не наполнить. Маг с уникальным отрицательным резервом, способный нейтрализовать таких как Итон. Магический вампир. Маг, что уже которое десятилетие буквально спасал от безумия самого императора.
Свинцовые тучи висели над вершиной остывшего тысячелетие назад вулкана. Внутренности этого некогда грозного исполина были вынуты, а образовавшаяся пустота заполнена стенами и переходами, залами и камерами. Громадный муравейник, дававший пищу всем тем, кто страдал без частиц «Оро». Место где заряжались артефакты и наполнялись энергией накопители для тех, кому не доступна была сила и пополнялись резервы тех, кому не под силу было их восстановить самостоятельно. Именно здесь и заканчивался путь тех одаренных, чьей силы воли было не достаточно для сдерживания собственных сил, тех, кто сходил с ума, опьяненный собственной мощью. Тех, чьи глаза теряли всякий цвет, сливаясь с белками. И прежде, чем жизненный путь их оканчивался, они отдавали все в этом месте.
Как не крути страшное место, попадания в которое не боялся лишь тот, кто уже сошел с ума от переизбытка в своей крови частиц. Игвар всегда думал, что это темное и мрачное место, наполненное призраками. Как те тюрьмы, в которых он успел побывать по долгу службы и своих «приключений» до того. Но это место оказалось полной противоположностью того, что нарисовало его воображение.