13.2
Итон ( в тоже время что и Ингвар)
Итон очнулся, нет пришел в себя в полностью закопченной комнате, среди обугленной мебели, лежа на каменном столе. Камень под его спиной был приятным и теплым.
– Где я? – сам себе задал вопрос, не понимая где находится.
Вокруг было душно, пахло гарью, всюду валялись обугленные головешки и пепел. Их было настолько мало, что определить чем они когда-то были было просто невозможно. Стены помещения были черными. Свет лился непонятно откуда. Мягкий, слегка пульсирующий, отогнавший мрак в и так черные углы комнаты. Он посмотрел на свою руку. Источником света был он сам. Что блестело и переливалось под его кожей.
– Странно, – произнес он, силясь понять хоть что-то.
Он не стал подниматься, остался лежать. все силы его существа были направленны на попытку вспомнить. Сначала перед глазами всплыл образ красивой кареглазой девушки с нежной улыбкой. Не успел он задаться вопросом о том, кто же она, как плотину воспоминаний прорвало. Он вспомнил все, абсолютно все, что было связанно с ней. Потом вокруг этого ядра его памяти начали всплывать все новые и новые воспоминания. Дополняя, поясняя, даря понимание. Он вспомнил все. И время до нее, время с ней, время без нее. Вспомнил и последний миг с ней, и то, что было после него. Вспомнил об озвученном Сафиром Юдаем решением совета и Императора, когда тот в своем белом одеянии стоял над распростертом на специальном кресле Итоне. Он опасен для невинных. Его проводят с почестями, коих он достоин. Вспомнил иглу в своей руке и вспомнил все, что было после. Смерть и огонь, что вырвал его из тьмы забвения.
Он сам предложил изолировать его. Сам попросил не приближаться к нему. Пироманты не смогли укротить его пламя, оно не подчинилась никому их них. Криоманты были наготове, как и маги, что подчинили воду.
В кратере древнего вулкана, что использовался до этого времени орденом под нужды ордена, у него было достаточно времени чтобы все обдумать. И чем больше он думал, тем больше вопросов у него возникало. Но на них он не находил ответы. Он привык искать ответы внутри себя. Обращаться к частицам. В такой технике работали не многие маги Землиара. Она была сложна и требовала много времени на ее освоение. Времени у него когда-то было достаточно. И сейчас он обращался внутрь себя. Пытался. Частиц не было. Они исчезли. Огонь уничтожил все напоминание о них, сделав его тело словно высушенным, как как скрюченный колючий кустарник, что он видел на одной из пустынных равнин Империи.
Что-то иное жило внутри. Теперь он чувствовал, что частицы сдерживали его истинную сущность, не давали вырваться чему-то до этого времени. Или это что-то просто дремало, позволяя частицам хозяйничать в его теле, в его крови, подпитывая их рост. И вот оно, внутри созрело.
Почему оно....
Он...
Было страшно, но взглянув в очередной раз на наполненные переливающимися голубыми, желтыми и белыми бликами руки и ноги, он принял это знание.
Феникс. Или существо похожее на него...
Принял, но не поверил.... не до конца.
Феникс. Как и она. В этом он тоже был уверен. Только он возрожденный в своей смерти, раскаленный, яростный и опасный, а она. Она медленно разгорающееся пламя, что несет тепло и свет во тьму. Пламя, что наполняет очаг. Пламя к которому стремятся все, желая отогреться, быть в безопасности и прогнать свои страхи. Он не исключение.
Воспоминания пронеслись в голове, сметая все на своем пути.
Он снова горел. Он плавился. Все старое словно выжигалось. Любые следы прошлого. Ни крохи частиц не должно остаться. Огонь выжигал все. Все что было связанно с той силой, что он обладал... В своей прошлой жизни.
Столько раз его хотели убить. Столько раз он избегал смерти. Но разве можно от нее уйти? Убежать? И вот он умер. Тут в Хранилище.
Огромные каменные двери, приводимые в движение артефактами, с грохотов раскрылись. Сидя на другом конце котлована, подальше от границы, к которой подходили смотрители, приносившие ему нечто смутно напоминающее еду, он удивленно смотрел на них. Время обеда еще не пришло.
В проеме, благодаря обострившемуся до непривычного зрению, он увидел брата с женой, Сафира и несколько магов Императора. Некогда он с ними прекрасно отдыхал в закрытых клубах. Теперь они смотрят на него как на чудовище. Но и ему теперь наплевать на их взгляды. Мало что его держит на Землиаре. Он казался ему чужд. Привязанность к этому миру, связи с ним, сгорели в его же огне. Осталась лишь одна, нет две нити. Может три? Он посмотрел на Верону, четко чувствуя связь с ней. Или не с ней? Натянутая, блестящая золотом нить в его нутре тянулась к брату, тоненькая к Вероне, а огромный канат, крепкий, перевитый тянулся куда-то в сторону и пропадал в пространстве.
Они остановились у края безопасной площадки.
– Брат, – крикнул Игвар.
Итон встал и медленно пошел ему навстречу. Он был обнажен, так как ничто из одежды не уцелело. Принесенные белыми балахоны тоже. Тело его ослабло. Частиц, что питали тело энергией не осталось, огонь выжег все лишнее. Оставив вместо источника еле тлеющий уголек чего-то неизвестного. То он тлеет, почти затухая, то резко взрывается белым пламенем и бушует вокруг, оплавляя камни кратера. Теперь от заполненного камнями пространства ничего не осталось. Обсидиановая блестящая чаша размером в тренировочное поле для новобранцев. Он видел отражение свинцовых облаков в этой гладкой поверхности. Пошатываясь, он ковылял к брату. Он был рад его увидеть. Рад услышать его голос, биение его сердца, сердца его любимой и их малыша. Он слышал это. Теперь.
Он подошел ближе, но не намного, так чтобы можно было поговорить. Верона должна быть в безопасности.
– Выглядишь паршиво. Решил сменить стиль? - смешливо сказал Игвар в привычной ему манере приветствовать Итона.
– Ты не меняешься, брат. Хоть что-то...осталось неизменным. Эти трусливые крысы вытащили тебя сюда, – сардонически усмехнулся он.
– Да, брат, они не знают, что с тобой делать, – улыбнулся брат.
– Какая жалость.
– Ты как? Спрашивать такое глупо, конечно, но мне просто интересно. Светишься как электрическая лампочка. Или какой-нибудь замысловатый светодиод.
– Я бы сказал нормально, но ты сам все видишь. Не буду врать. Это сэкономит время, – ответил Итон на вопрос, игнорируя последовавший за ним комментарий.
– Ну да.
– У них не вышло ликвидировать меня, потому они решили вызвать тебя? Чтобы ты забрал меня? И решил их проблему? Ведь я проблема, – не смог сдержать ноток сарказма в голосе.
– О, да! Ты здорово их напрягаешь, брат.
Напрягает. Это слабо сказанно. Белые пытались ликвидировать его с десяток раз за последние дни. И все их усилия заканчивались новой вспышкой пламени, что выжигало все яды и стирало малейшие повреждения тела. Именно поэтому это место так изменилось. Поверхность кратера стала гладкой и ровной, отражающей как спокойная гладь воды, небо.
– Еще бы.... И что?
– Ничего, – Ингвар пожал плечами, осматриваясь по сторонам, – говорят, ты стал какой-то фантастической тварью. Фениксом или кем-то вроде того.
Их с Вероной спутники держались в стороне .
- Вполне вероятно.
– Летаешь?
– Горю.
– Прекрасно.
Они замолкли глядя друг на друга. Понимая больше чем говоря.
– Итон, – Верона сделала шаг вперед, – Диана она ведь тоже... горит? Нам показали твои запросы в архив бестиариев.
– Она не умирала. А я умирал. Должен был, но не умер.
– Но она и не была никогда магом с частицами «Оро» и живет в уникальном месте. Возможно то, что происходит сейчас с тобой, происходит и с ней, только под контролем сущности Дома. Итон, тебе нужно вернуться в Дом. Это пойдет тебе на пользу.... – выпалила Верона, не обратив внимания на другие его слова. Она, как цехея, видела лишь один путь. Именно тот, что открыли ей Боги, – И Диана, и Дом откроют свои двери.
Вместо ответа чащу кратера сотряс смех.Только вот радости и счастья в нем не было. Зато была боль, грусть и тоска. Откроют.... Обязательно откроют... Не сможет она иначе...
А дальше что?