16.1
Только ступив на порог флигеля я поняла, что это будет самый необычный опыт в моей жизни до сего момента. Откуда же я знаю, что произойдет в будущем. Но, сейчас....
Тьма поглотила нас. ее не разгоняли фонари на строительных касках, не фонарики в руках. Мы видели лишь друг друга. И то частично освещенными. Где-то рука, где-то лишь часть лица. Светить в глаза мы оба не решались, слишком неприятным было от яркого света. Когда первые впечатления улеглись, а бороться с тьмой надоело я выключила фонарики. Как не странно, но Итон сделал то же самое.
Сколько времени прошло прежде мы привыкли к тьме не знаю. Скоро я смогла различить его силуэт, а еще через какое-то время стала видеть еще лучше. Но и это не особо заботило. Странно приятно было держать его за руку. Ощущать тепло его ладони, то как мягко моей ладошке в его. все мои чувства, все ощущения были сконцентрированы в тот момент на этих нескольких сантиметрах кожи, что соприкасалась с его.
Вскоре тьма уже не давила на нас и перестала быть такой уж непроглядной. Постепенно из тьмы показались очетания коридора. Стены, пол, потолок и тонувший в чернильном мраке путь вперед.
- Не бойся тьмы, она часть тебя. Иди вперед, но не забывай своег пути. Потерпев неудачу начни заново и тогда ты обретешь то, что жаждешь всем своим существом, – процитировала я надпись у входа, – чувствую себя Индианой Джонсом или Ларой Крофт. Хотя нет... ты Индино Джонс, а я Лара Крофт... Хотя так себе из меня Лара, конечно....
Произнесла это и захихикала. Правда больно нервно вышло у меня.
– Кто такие? - каким-то по особенному вкрадчивым и спокойным голосом спросил Итон.
– Персонажи фильмов, – ответила ему, оборачиваясь я постепенно отдаляющийся прямоугольник света. Мы все дальше уходили во тьму. И судя по всему спускались куда-то вниз.
– Расскажи, – предлагает мне Итон, крепче сжимая мою руку, переложив в другую ладонь, а освободившейся обнимает за плечи.
Я понимаю, что он хочет помочь мне справиться со страхом. Сердце бьется как дикая птичка в клетке. Кровь прилила к вискам и щекам. Внутренний огонь, к которому я, кажется, уже привыкла, ревет. Вздохнув раз, затем другой я все же начала свой рассказ.