16.2
Сложно найти описание чувствам, которые посещают тебя, когда шаг за шагом ты встречаешь на своем пути изображения тебя девушек до жути похожих на тебя. Они сначала смотрят на тебя, полностью копируя положение твоего тела, а потом переводят взгляд на него. Итон стоит за моей спиной, в так же не отпуская моей руки. А они.... все.... зачарованно смотрят на него и улыбаются, а в глазах море невыплаканных слез. Тянуться к нему, коснуться. Только вот он не отражается в этих странных зеркалах. А зеркала ли это?
– Что это такое? – нахожу я в себе силы озвучить вопрос, что крутится в моей голове, – Итон, смотри, это та самая девушка, что подселилась ко мне. Помнишь?
На нас смотрела та самая красавица из тридцатых. Глаза полные тоски и сожаления. До нее было еще трое. И судя по всему там еще.... такие.
– Судя по всему тут собранны проекции всех предыдущих хозяек Дома. По другому не знаю как сказать. На Землиаре нет такого. Они все вои предшественницы.
– Но почему они ТАК смотрят на тебя?
– Я задаюсь тем же вопросом. Пойдем, если мы не двинемся вперед, мы не узнаем.
– Ну да.... назад не вернуться, – вздохнула я и посмотрела вверх, где в тени сгущающегося мрака терялась лестница.
Дальше больше.... Их было все больше. Как кадры странного и жуткого кинофильма текли года, менялись девушки. Менялись их прически, их наряды, но тоска и море слез в глазах никуда не делись. В какой-то момент наряды перестали соотноситься с историческими эпохами Земли и стали совсем другими.
– Это носили на Землиаре три сотни лет назад, Ана, – пояснил мне Итон, – и это тоже. Очень похоже.
Мы шли все быстрее. Привыкнуть можно ко всему. И к своим подвижным реинкорнациям тоже. Было интересно наблюдать за сменой образов. Не более. Со временем наряды менялись, становясь необычными, экстравагантными....
– Хозяйки видимо были из разных миров....
– Определенно.
Но когда наряды стали все более походить на одежду атлантийцев мое сердце забилось чаще. Мы приближались к развязке.
– И сколько их было? Ты считал? – сама я счет потеряла еще на тридцатой девушке где-то.
– Перестал на сто двадцать третьей, – чуть хрипло ответил Итон.
– И все они похожи на меня....
– Ты боишься?
– Уже нет. Грустно что-то. И... знаешь, я начинаю верить легенде о Фиане и о ее любимом, которого она искала. Только... разве это могу быть я....
– Будем надеяться, что даже если ты и являешься реинкорнацией всех этих девушек, ты нашла меня, – он улыбнулся и нежно провел кончиками пальцев по моей щеке.
Я поймала его пальцы и накрыла их своей ладонью. Пряча внутри себя груз той тоски, что читалась в глазах всех тех, кого мы увидели. Тяжкая ноша.
– Пойдем, Итон, – теперь уже я тяну его за собой.
Дальше спускаясь я более вообще не смотрела на девушек в зеркалах. В конце этого долгого пути нас ждал небольшой коридорчик и последняя арка. Арка за которой пряталась расщелина скалы. с десяток широких ступеней вели к выложенной светящимися камнями дорожке. В другом конце расщелины что-то сверкало. До рези в глазах. Поэтому я не смогла долго смотреть в ту точку. Взгляд, словно спасаясь, стал бродить по расщелине скалы, что поблескивала, отражая далекий свет того, чего-то очень яркого.
– Ана, – Итон остановил меня, потянул за руку, привлекая внимание к себе не только словом, но и действием.
– М? – обернулась.
– Ни за что не отходи от меня и не отпуская моей руки. Поняла?
– Хорошо, – кивнула я.
Я и так не собиралась. Мне так то... Очень страшно. И если бы не он, ни за что не проделала бы весь этот путь. Уже сейчас, понимая, что он еще не завершен, становилось понятно, что это множество ступеней и эти тени разделили мою жизнь на до и после. Хотя, если так подумать этих «до» и этих «после» было слишком много. Определенно, новая глава в моей истории начата. Чем еще удивит это место. Что еще оно изменит в жизни обычной девочки из спального района небольшого города? Не известно.
– Знаешь что меня смущает? – сказал тихо Итон и замолчал, словно прислушиваясь.
– Что? – я не шептала.
– В этом месте нет эха. Прислушайся, – он сказал это уже громче, – и если посмотреть, то вокруг столько осколков.
И действительно. Эхо не отражало от стен наши слова. Вокруг были множество битых ваз и каких-то горшков, некогда наполненных чем-то сыпучим. Может землей? Все в пыли и неизвестно откуда взявшейся паутине.
– Тут пауки? – нервы не выдержали и я прижалась к Итону, готовая забраться как кошка на руки.
– Не думаю, – улыбнулся он и склонился ко мне и поцеловал.
И вот мы стоим посреди странной древней пещеры, среди осколков чужих жизней и целуемся. Да так, что страх сгорает позорно в огне, что разгорается все жарче и жарче. Оторвавшись от моих губ, он уперся лбом в мой лоб, тяжко вздыхая.
– Оригинально, – выдохнула, пропадая в его глазах.
– Что именно? – улыбается он и смотрит на мои губы.
– Оригинальный способ переключить внимание с чего-то страшного, на что-то более приятное, – я чмокнула его в губы и потянув за собой, продолжила, – все бы ничего, но целовашки я бы продолжила в более приятном месте. А ты?
– Согласен, - ответил он, но красноречивей всего был взгляд и то КАК он сказал.
Только размышлять об этом было некогда, если честно. Мы были все ближе к таинственному источнику света.