Мэттью захихикал:
— Может, вы сможете вбить в… эй! — Его слова оборвались, когда Роберта направила брызгалку на него, выстрелив в него короткой струйкой воды.
— Тихо, — упрекнула она его. — Ты не помогаешь. — Следующие свои слова Роберта направила в адрес Керэн: — Дорогая, ты ведёшь себя неискренне. Я знаю, что тебе страшно, но ты позволяешь страху взять над собой верх. Ты окрысилась на человека, который пытается тебе помочь.
Керэн ненадолго задержала дыхание, поглядывая на брызгалку в руке своей тётки. Наконец она выдохнула:
— Возможно, в этом есть доля истины, — обречённо признала она. Затем она заметила, что лицо Мэттью всё ещё было сухим. — Ты даже не промок!
Он презрительно усмехнулся:
— Если бы ты упражнялась со щитом, как я тебе велел, то, возможно, не… — Он замолчал, когда Роберта убрала стоявшую перед ним наполовину полную чашку кофе.
За приторно-сладкой улыбкой Роберты последовали мягкие слова:
— Мэттью, если ты хочешь и впредь пить кофе, то советую тебе быть повежливее.
Он опустил взгляд, и положил ладони себе на колени, демонстрируя раскаяние:
— Склоняюсь перед вашей мудростью, Леди. Если я как-то оскорбил вас, то могу лишь молить о прощении.
Тётка Керэн сжала губы в твёрдую линию, обдумывая его деланную искренность:
— Хм-м-м… — Но кружку кофе она не отпускала.
Мэттью встал, и опустился перед ней на одно колено:
— Пожалуйста, милейшая, добрая Роберта, если ты сможешь найти в своём сердце прощение для меня, позволить кофейным богам вновь мне улыбнуться, то я навеки буду у тебя в долгу.
Роберта поставила кофе обратно на стол перед его стулом:
— А я могу к этому привыкнуть, — сказала она, подмигнув.
Они снова уселись за стол, и после долгой паузы Керэн сказала:
— Прости за то, что я сказала о твоей семье. Не следовало мне это говорить.
Мэттью согласно кивнул, но промолчал.
Керэн ждала, но в конце концов сдалась, и подтолкнула его:
— Это — тот момент, где ты тоже просишь прощения.
Он нахмурился:
— За что?
— Как насчёт того, что ты намекнул на моё будущее в качестве твоей наложницы или племенной кобылы?
— Это же ты говорила, — парировал он, приостановившись, чтобы поднять ладонь, когда Роберта снова пошла за брызгалкой. — Дайте мне договорить. Я не использовал эти слова, но если предложение обеспечить тебе безопасность тебя оскорбило, то я прошу прощения.
Керэн покосилась на тётку, которая лишь пожала плечами, и опустила брызгалку.
— Он в чём-то прав, — сказала Роберта, снова садясь на своё место.
Керэн прищурилась, но не стала спорить об этом дальше. Вместо этого она спросила:
— Итак, предположим, что я позволю тебе забрать меня в твой мир — и что дальше? Твоя семья примет незнакомую женщину в свой дом?
— Вообще-то я думал о том, чтобы сперва взять тебя в столицу, чтобы отложить вопросы моей матери, пока…
Роберта вставила слово:
— Не хочу подливать масла в огонь, но звучит так, будто ты пытаешься избежать смущающей ситуации.
— Дело совсем не в этом, — возразил Мэтт. — Я волнуюсь, что моя мать попытается не дать мне вернуться. Столица находится на некотором расстоянии от моего дома, и хотя они могут посылать сообщения в пределах нескольких часов, я смогу надёжно устроить её до того, как Мама попытается прибить мои ступни к полу.
Керэн раскрыла рот, но Мэттью ещё не закончил:
— Позволь мне договорить, — сказал он. — Ты не будешь жить там тайно. Королева Ариадна — моя кузина. Ты будешь там почётной гостьей.
— Значит, ты хочешь бросить меня в незнакомом мире, а сам попрёшься обратно сюда, чтобы… что именно делать? Мы не нашли здесь ничего, что имело бы отношение к твоему отцу. А если с тобой что-нибудь случится? И так уже плохо быть окружённой незнакомцами, но тебя могут убить. Ты можешь вообще не вернуться!
— Я позабочусь о том, чтобы Ариадна знала о твоей ситуации. Она позаботится о твоём благосостоянии… на всю жизнь, если потребуется…
Лицо Керэн снова начало приобретать пурпурный оттенок, что было интересным результатом её гневного румянца и синей кожи:
— Я говорю не о моей чёртовой безопасности. Я о тебе волнуюсь! Неужели ты не можешь вбить себе это в твою тупую башку?
— Керэн… — с раздосадованным видом начал он.
— Не-а.
— Просто послушай…
Она отвернула голову:
— Нет.
— Если ты…
— Не-а. Ни за что, — сказала она ему. Встав со своего места, она обогнула стол, подойдя к нему. Она увидела лёгкую вспышку, когда его личный щит оказался слегка укреплён.