— Системщики всё ещё пытаются понять, что произошло, — вставил Джон Уонг. — Это не должно было являться возможным.
Доктор Миллер улыбнулась, что было для неё редкостью:
— Мой муж обычно воспринимал слово «невозможно» как вызов, а не как указание сдаться. Это было одним из его наиболее милых и фрустрировавших качеств.
«Значит, сама невозможность проникнуть в холодное, мёртвое сердце этой женщины наверняка и побудила его жениться на ней», — кисло подумал Эйзман.
— Ну, если искин вашего мужа действительно всё это сделал, значит он себя превзошёл.
— Вам нужно подумать о том, чтобы активировать АНСИС, — ответила она.
Директор Эйзман одарил её холодным взглядом:
— Он уже активен. Мы используем его для точного определения точек возникновения аномалий.
Она подалась вперёд:
— Кончай гнать пургу, Эйзман. Я знаю, что такое АНСИС, и для чего он предназначался. Я не говорю о ваших маленьких экспериментальных базах. Я говорю о полном введении в эксплуатацию… о том, чтобы дать ему доступ ко всей сети.
Джон перебил:
— У нас уже есть один разгуливающий на свободе неподконтрольный искин, а вы хотите добавить ещё одного? Ваш муж создал их обоих. Вы действительно полагаете это мудрым?
— Следите за языком, Мистер Уонг, — предупредила она. — И — да, отвечая на ваш вопрос, я думаю, что это — лучший из имеющихся вариантов. Гэри подходил к работе с дотошностью. Он создал АНСИС для того, чтобы делать то, что нужно, и я уверена, что он встроил меры безопасности, чтобы не дать ему выйти из-под контроля. Вообще, я бы хотела представить вашу нынешнюю проблему с искином в качестве доказательства. Если бы он не встроил в этот общискин достаточно мер безопасности, прежде чем оставить его Керэн, то эта машина уже давно могла бы всех нас прикончить. Вам придётся клин клином выбивать.
— Наши лучшие специалисты уже работают над этим, — сказал Эйзман.
— А если искин моего мужа нарушает стандартные оперативные ограничения, что, очевидно, и происходит, то он уже в течение тысяч человеческих жизней размышлял о том, как предвосхитить любые возможные контрмеры, к которым вы можете прибегнуть, — огрызнулась она.
— Как бы то ни было, я в данный момент не готов идти на риск соединения общей сети с АНСИС, — ответил Эйзман.
— Мне что, нужно напомнить вам о словах Президента, Директор? — с вызовом спросила Доктор Миллер.
— Тогда к ней и обращайтесь. Если ей не нравится моё решение, то она может меня сместить, и поставить на моё место кого-то другого! — рявкнул в ответ Директор.
Её брови удивлённо взметнулись:
— Ну и ну! А характер-то есть, оказывается. Вы меня удивили, Директор. Конечно, вы всё ещё заблуждаетесь, но пока что я оставлю это как есть. Если вы вскоре не покажете мне результаты, то я приму ваш вызов.
Эйзман не доверял своему языку, поэтому промолчал. Он был уверен, что будь у него по-прежнему тело, его давление было бы выше крыши. «Или я бы перепрыгнул через этот стол, и уже задушил бы эту суку». Впервые в жизни он пожалел о том, что убивать людей теперь стало невозможно. Это вполне могло стоить того, чтобы сесть в тюрьму.
Джон спас дискуссию, выведя её из патовой ситуации:
— Доктор Миллер, у вас была возможность осмотреть материалы, собранные на месте?
Она кивнула:
— Результаты первоначального сканирования уже доступны. Оно явно органическое, и живое, хотя остаётся тайной, как оно пережило взрыв. Моё первое впечатление: оно является именно тем, на что похоже.
— Яйцом? — спросил Джон. — Это кажется маловероятным.
Таня откинулась на спинку своего кресла:
— Пожалуйста, Мистер Уонг, просветите меня своими глубокомысленными умозаключениями.
Эйзман счёл бы забавным наблюдение за тем, как его зам страдает от внимания Доктора Миллер, но он был слишком зол на неё, чтобы встать на её сторону.
Однако Джон хорошо постарался, скрывая свой дискомфорт:
— Ну, используя примерную аналогию: если бы мы взорвали курицу, то мы определённо не стали бы ожидать найти целое яйцо среди её останков.
Она улыбнулась:
— Примерную? Да, ваша аналогия действительно примерная. Чем бы оно ни было, это существо не курицей, и найденное вами яйцо не является обычным результатом репродуктивного процесса. Оболочка достаточно крепкая, чтобы не позволить нам получить точные данные о её механических свойствах… только не без риска её разрушения.