Гозма кивнул. Вопрос был действительно вполне житейский и правильный, и он совершенно не насторожился.
- Отчего же не подсказать хорошему человеку, - отозвался он. – Прямо за воротами улица Красного Дерева, поезжай по ней до первого перекрёстка, там свернёшь налево и через два дома увидишь постоялый двор с зелёной крышей. Называется «Прекрасная морячка», хозяина Боцманом Бо кличут, ибо двадцать лет он на флоте прослужил, в битве у Радужных островов участвовал… там его на ногу и укоротило, так вышла ему полная отставка с пенсией. Он человек правильный, лишнего не возьмёт. И кормят у него хорошо, и клопов-блошек в простынях не водится, и шваль всякую он отваживает… Будете, как у Единого Великого на ладони…
«Не врёт, - выдал персональный детектор лжи, он же Кэп, - там и впрямь безопасно».
Дядюшка Матэ вежливо поблагодарил Гозму, и наша повозка со скрипом въехала в распахнутые кованые ворота. Постоялый двор обнаружился именно там, где и полагалось – добротное двухэтажное здание из красного кирпича с зелёной крышей и яркой вывеской. На вывеске призывно улыбалась разбитная красотка в лихо заломленной кожаной шляпе и красно-жёлтой полосатой блузке, фасоном напоминавшей нашу моряцкую тельняшку, правда с явно неуставным вырезом, так что большая часть её прелестей была на виду. За пояс красавицы была заткнута кривая сабля, а в руках она сжимала штурвал. Окружавшие девушку там и сям пенные брызги дополняли картину. Красиво выписанные буквы на вывеске складывались в слова «Прекрасная морячка». В общем, мило и довольно-таки чинно, с нужной долей лихости.
В дверях постоялого двора показался высокий плечистый парень в такой же красно-жёлтой полосатой рубашке, как у девушки на вывеске, и серых полотняных штанах. Вежливо поздоровавшись с нами, он заявил, что есть две свободные смежные комнаты ценой пять лепестков в день, а за семь лепестков можно получить завтрак и ужин. За обед придётся приплачивать, но не слишком дорого. Я уже разбирался в здешних ценах, и это действительно было, хоть и не дёшево, но и не чрезмерно дорого, вполне нам по карману.
Поэтому тогрух и повозка были поручены заботам парня, и мы вошли внутрь, где нас уже поджидал гостеприимный хозяин. Боцман Бо оказался худощавым, усатым дядькой с весёлыми хитрыми глазами, нас он встретил, как дорогих гостей, и тут же предложил вполне себе вкусную трапезу, так что Кэп получил вдоволь жареного мяса, как и хотел. Комнаты тоже оказались вполне приличными и чистыми, единственным неудобством было то, что во второй была только одна кровать, правда, довольно широкая. Кровать во второй комнате была поуже, кроме того там было и второе спальное место – что-то вроде небольшого диванчика. Понятно, что нам с Шоусси досталась комната с широкой кроватью, а Шеру и дядюшке Матэ - с двумя спальными местами.
В общем, с комнатами определились, Кэп полетел на разведку, теперь бы половчее расспросить Боцмана Бо про Тулегена…
И тут, к моему удивлению, хозяин постоялого двора пришёл в наши комнаты сам, оглядел нас взглядом, в котором не было уже ни капельки добродушия, и сердито спросил:
- И какого рожна вы сюда явились, господа колдуны? Жить надоело?
========== Глава 26. Боцман Бо ==========
К моему удивлению, хозяин постоялого двора пришёл в наши комнаты сам, оглядел нас взглядом, в котором не было уже ни капельки добродушия, и сердито спросил:
- И какого рожна вы сюда явились, господа колдуны? Жить надоело?
Как оказалось, кое-какие рефлексы в меня прежняя жизнь вколотила намертво. Боцман Бо едва успел закончить фразу, а мой нож уже упирался ему в горло. Что характерно, столь же быстро среагировал и Шоусси, не менее ловко связавший руки Бо какой-то верёвкой. На мой удивлённый взгляд он смущённо пояснил:
- Угроза…
Ого. А к Шоусси начинают возвращаться прежние навыки. Если верно, конечно, что он был воином.
- Молодец, - кивнул я. – Всё правильно.
Что же касается дядюшки Матэ, то он остался совершенно невозмутим, а вот Шер среагировать не успел, на лице его проступило нешуточное удивление.
Боцман Бо скосил глаза на мой нож и спокойно сказал:
- Железку убери, парень. Ещё порежешься. Я вам не враг… в отличие от некоторых.
Вот характер у мужика. Уважаю. Но бережёного Бог берёжет.
- Не изволите ли объясниться, господин хороший? - спросил я и покосился на ленту на своём запястье. Вроде бы она надёжно должна была скрывать то, что мы колдуны. И даже Вершители в своё время ничего не заподозрили… Как же так получилось, что нас спалил первый же трактирщик в Шар-ан-Талире?
- Да работают ваши штучки, работают, - проворчал Боцман Бо. – Просто на всякую хитрую жопу есть… болт с винтом. Есть у меня один наследственный артефактик. Второе зрение называется. Колдунов различает под любой личиной и, что характерно, под любым обличьем. Даже у Нойотов таких нету.
- Ах, вот оно что, милейший… - проворчал дядюшка Матэ. – А я-то думаю, что такое у вас под рубашкой колдовством фонит… Сами-то Нойотам попасться не боитесь?
- Кишка у них тонка, - ехидно отозвался Боцман Бо, - я ведь и сам из ваших, только вот дар у меня совсем слабенький…
- Водный, надо полагать, - предположил дядюшка Матэ.
- А то как же, - отозвался Боцман Бо. – При моей-то бывшей профессии… Слушайте, ребятки, развяжите меня, честью прошу. Я не доносчик, предупредить хотел. Только вот не ожидал от провинциалов этакой… резвости.
- А как-то по-другому предупредить нельзя было? – ехидно спросил я. – А если бы я Огнём шарахнул?
- Ох, ты… - восхищённо протянул Боцман Бо. – Неужто Истинный Огненный? А я уж думал – всё, перевелись… Ох и странная же вы компания, ребятки… ох и странная… Но в свете последних событий что-то мне уже не удивительно, что вы здесь появились. Может, всё-таки развяжете? А то прислуга скоро беспокоиться начнёт. Не побегу я доносить, честью клянусь. Сам же первый кол в задницу словлю, а мне это неполезно…
Я вопросительно взглянул на дядюшку Матэ. Странно, но я поверил трактирщику. Было в нём что-то такое, располагающее к тому, что он не доносчик… Вот шею свернуть самолично может… при соответствующей угрозе жизни и здоровью, а доносить… Нет, не побежит.
- Дай Нерушимую клятву, - спокойно сказал дядюшка Матэ. – И тогда мы тебе вреда не причиним – всё честь по чести… А может, и спросим что-нибудь… а за спрос заплатим хорошо.
- Пуганые, да? – хмыкнул Бо. – Хотя… понятное дело. Раз живые – значит, пуганые. Ладно, будет вам нерушимая клятва.
И он под внимательным взором дядюшки Матэ произнёс несколько фраз, закончив тем, что сложил пальцы особым образом и дотронулся до своего лба. На лбу немедленно появился голубоватый иероглиф, тут же исчезнувший, словно впитавшийся в кожу.
- Вот и ладно, - кивнул дядюшка Матэ. – Убери нож, Мирон. Развяжи его, Шоусси.
Мы выполнили сказанное, и Боцман, слегка улыбнувшись, стал растирать запястья.
- Крепко ты… - сказал он Шоусси. – Опыт имеется?
- Не помню, - ответил Шоусси. – Нойоты постарались.
- Эвона как… - протянул Боцман Бо. – Ходили тут слухи, что у Нойотов мозголом появился. Стало быть – это и не слухи вовсе. Интересные дела… Но ладно, давайте-ка вернёмся на исходную позицию. Какого рожна вам в Шар-ан-Талире надо, господа колдуны? Нойоты тут в последнее время словно с цепи сорвались, гребут по малейшему доносу и правого, и виноватого… Меня только артефакт и спасает. Да то подумываю уже – продать постоялый двор и рвануть куда-нибудь в глушь – лихие времена пересидеть. Лучше, знаете ли, быть живым трусом, чем мёртвым героем.
Логичная позиция. Сволочная, само собой, но логичная. Я прежний тоже так же рассуждал. Только вот влип Боцман Бо со своим излишним любопытством. Мы теперь повязаны. Я обменялся взглядами с дядюшкой Матэ, и не надо было быть менталистом, чтобы понять, что рассуждал старый мельник точно так же, как я. Я коротко мигнул, предлагая дядюшке Матэ самому изложить диспозицию. Тот понял меня и начал разговор, по свойски перейдя на «ты»: