– Лиза! Ну наконец-то! Ты где так долго ходишь? Я уж звонить хотела, да твоя фрекен Бок не велела – у нее, говорит, и без вас тут проблем хватает.
«Фрекен Бок» в лице сердито надутой Татьяны выглянула из кухни вместе с зажатым в руке половником, молча попробовала из него свое варево и снова озабоченно скрылась на кухне, продемонстрировав Лизе тем самым свое недовольство по поводу прибытия неожиданных гостей. То есть она, мол, тоже рада, конечно, но с другой стороны – их же всех кормить-поить надо.
– Лиза, это ничего, что я без предупреждения? Мне помнится, мы с тобой так и договаривались всегда. Чего-то захотелось вдруг свалиться вот так, сюрпризом, как снег на голову. Я ж не знала, что у тебя тут такие изменения. Ты мне потом все-все сама расскажешь, ладно? Я уж не стала ни о чем Татьяну твою спрашивать. А то она мне про чьи-то похороны толковать начала, про Лёню твоего всякие ужасы рассказывать…
– Конечно, расскажу, Варенька! – прижалась щекой к ее щеке Лиза. – И молодец, что приехала! Только ведь у нас тут ветрянка, а ты с детьми.
– Да я уж поняла… Ну что делать? Не разворачиваться же обратно в аэропорт с порога! Может, пронесет? А чьи у вас дети живут, Лиза? Я так и не поняла. Такие забавные близняшки.
– Потом, все потом, Варенька!
Лиза торопливо разделась и, подхватив на руки маленького Варвариного Ванюшку, приковылявшего к ним в прихожую, быстро пошла с ним в гостиную, где уже царил полный беспорядок. Глеб и Борис, счастливо визжа, носились за шестилетним Артемом, все сшибая на своем пути, а Вовка, старший, вовсю подпевал, подпрыгивая в кресле, тому самому рок-музыканту, голос которого услышала Лиза, въезжая во двор.
– Вовк! Ну оглохнуть же можно! Сделай потише! – скорее жестами, чем голосом, приказала Варвара сыну. Лиза, махнув ей рукой, достала с полки наушники и водрузила их торжественно на голову мальчишке, переключив звук именно туда. Вовка мотнул головой удовлетворенно и с еще большим воодушевлением задергался в кресле, показав оттуда два выставленных вверх больших пальца.
Тут же ей в ноги бросились радостно и громко визжащие Борис и Глеб. Передав Ванюшку на руки Вареньке, она наклонилась к ним, сгребла в охапку и расцеловала в разукрашенные зеленкой мордашки, поочередно прижимая к себе то одного, то другого, отчего глаза кузины удивленно полезли на лоб. Но она тут же опомнилась и привела лицо в порядок. Потому что была, как и Лиза, девушкой воспитанной, то есть умела быстро скрывать самую первую правдивую эмоцию. Очень хорошая привычка для воспитанного человека. Пусть хоть какие чудеса перед тобой происходят, а все равно не удивляйся.
– Варенька, вы уже ужинали? Татьяна детей кормила? – спросила Лиза, поднимая к ней озабоченное лицо.
– Да кормила, кормила! Три раза уже кормила! Такую обжираловку нам устроила, что не приведи господи! Все так вкусно, сытно и натурально, что я сама себя буквально за уши от тарелки с борщом отрывала! И как ты не поправляешься на таких харчах? Удивительно просто!
– И не говори, милая! – неожиданно поддержала ее вышедшая из кухни Татьяна. – Кормлю-кормлю, а все не в коня овес! Ну, прынц-то Лизаветин, понятно, отчего худой – он и не ест ничего практически. Все музыку свою только наяривает. А вот Лизавета моя почему никак мяса нагулять не может, не пойму.
– Успокойся, Тань, – засмеялась в ответ Лиза, – опять завела свою жалостную песню? Не надо никакого такого мяса! Лишнее оно!
– Ну как же это лишнее-то? Что ж это за баба такая, если мужику даже и подержаться не за что? Хотя, может, прынцу твоему такие как раз и глянутся…
– Я так понимаю, прынц у нас по-прежнему на сегодняшний день Лёня, да? – на всякий случай уточнила Варенька, задумчиво глядя на пробегающих мимо близнецов. – А то кто ж вас поймет. Может, вы их, прынцев своих, нынче менять решили как перчатки…
– Ну а кто ж еще-то? – удивленно уставилась Татьяна. – Он самый и есть.
– А дети чьи? – тихо спросила Варя у Лизы.
– Дак я ж толковала уже тебе, экая ты непонятливая! – в сердцах махнула рукой Татьяна. – Дети той самой женщины, которую он завтра хоронить будет!
– Так, тихо! – шикнула на нее Лиза, испуганно оглянувшись на близнецов. И, обернувшись к сестре, тихо добавила: – Потом, Варенька, потом.
Они с огромным трудом растолкали всю шумящую и кричащую, разгоряченную беготней детскую компанию по спальням. Лиза, как всегда, продолжила свою бесконечную историю про подвиги новоявленного в сказочном царстве юриста Ивана-царевича, победившего в честном судебном разбирательстве лукавого Змея Горыныча. История эта занимательная со временем обрастала все новыми подробностями, в которых постоянно менялись то истцы, то ответчики, но в конце концов на каждом новом этапе победу одерживал, конечно же, добрейший и умнейший Иван-царевич. Судьи в этой сказке были умными и справедливыми, мзду не брали, справедливость торжествовала напропалую. Борис и Глеб слушали ее с большим удовольствием, по ходу дела с самого раннего возраста набираясь необходимого и бесценного жизненного опыта. А что? Бывает, в детском ясном подсознании многие вещи укладываются довольно-таки плотненько и надолго, чтобы потом всплыть нужной информацией в трудную минуту.