— Пан Лейдалис, союз искренне хочет наладить добрососедские отношения, — старейшина сжимает кулаки. — Мы не меньше вашего не хотим ходить туда, куда ходить не стоит, и умирать за это. И уж тем более мы не хотим никакой войны.
— Никакой войны, — шепчет Пенси. Стоящий за ее спиной Фалетанотис мягко гладит ее по плечу.
— Считаю, что детей стоит отпустить, — карен качает головой в сторону их пары. — Ваши… книжники полезны в составлении… договоров. Пригласите их. Сегодня я останусь в этом доме.
— Союз искренне ценит такое содействие, пан Лейдалис, — с едва ощутимым облегчением проговаривает старейшина и поворачивается уже к ним: — Пани Острая, пан Фалетанотис, Тави проводит вас.
Фалетанотис выходит неожиданно радостным, и Пенси долго приходится выспрашивать у него, по поводу чего такое воодушевление. Оказывается, его крайне беспокоил вопрос: а не собирается ли этот карен разрушить его дружбу и надежды, действительно ли он поддержит союз.
— И что он ответил? — подпрыгивает от ожидания Пенси.
— Сказал, что все мои вопросы — глупость. Пожелал «идти в мире». Неточный перевод. На человеческом я бы сказал: «Не выдумывай и живи, как живется». Потому что если «идти в мире», то никакие проблемы тебя не тронут.
— Хорошее пожелание, — смеется Пенси и тоже заражается настроением Фалетанотиса. — А знаешь, что еще лучше? — она выдерживает паузу, хотя прекрасно знает, что друг уже догадался о ее мыслях: — Нас наконец-то отпускают домой. А я так соскучилась по Кейре и по моему родному, чудесному дому!
Эпилог
Дни бегут вперед с неуловимой скоростью. Кейра впервые показывает свой характер и выбирается на улицу, явив всему миру уже заметные рожки. Конечно же, кто-то из детей говорит обидные слова, которые дочь даже не желает повторять ей. Пенси посмеивается, перебирая воспоминания: первая драка и подбитый дочкой глаз, и содранные колени и локти, первые восклицания соседей про невоспитанную девочку, первые уроки самообороны… Оказывается, ее дочка еще та маленькая упрямица. Вторая драка заканчивается в ее пользу. Но к тому времени на рожки Кейры уже никто не обращает внимания. Оно оказывается приковано к Фалетанотису. Тамарийские сплетницы вовсю судачат, что удача Удачливую подвела. Мол, мужика из Черных лесов привезла, да только рогатый он оказался. Рогатый мужик посмеивается и продолжает ходить рядом с ней по рынку. Но, кажется, все всерьез решили, что именно Фалетанотис — отец Кейры. Пенси ничего не говорит, только загадочно улыбается и ждет другого, но тоже рогатого, который дал ей обещание.
Последний месяц весны выдается таким жарким, что Пенси уже и не знает, насколько укоротить юбку, чтобы и приличия не нарушить, и от жары спастись. Но то на улице. У себя во дворе она вообще предпочитает носить длинные сорочки без низа и легкие тапочки из мягкого южного дерева. Когда гости дергают в колокольчик, приходится натягивать штаны из легкой ткани. Но в этот раз она выбегает во двор, даже не подумав об одежде — только об оружии. Потому что они не ждут гостей, а в саду ходит кто-то неизвестный.
И только подбегая к засаженному старыми яблонями углу, она чувствует, кто именно посетил ее. Халис оборачивается сразу же, стоит ей выйти из-за дерева. На первый взгляд выглядит он очень странно. Впервые она видит его без традиционной одежды и в обуви: рубаха, штаны и ботинки похожи на самые обычные, но всё же отличаются то ли кроем, то ли материалом.
— Ну как? — он улыбается и поворачивается вокруг своей оси. Длинные волосы, собранные в низкий хвост, взвиваются в воздух.
— На человека всё равно не похож. Но интересно, — Пенси осматривает его и даже немного ощупывает. — Это же работа каренов?
— Да, осваиваем вашу манеру одеваться. После подписания этого самого договора теперь можно даже в городах показываться. Из наших это мало кому интересно. Но ваши книжники уже покоя не дают, пропадают в лесах: собирают историю этих земель до прихода человека.
— Охотники выиграли больше, чем вы? — Пенси интересуется не просто так. Ведь и правда, чем может заинтересовать каренов союз?
— Как сама знаешь, карены — это не только такие древние и могущественные существа, как я, — важно тычет в себя пальцем Халис. — Союз нашел еще нескольких потерявшихся детей. Почти все они захотели посмотреть, как мы живем и что из себя представляем. Это тоже своего рода наше будущее. Это будущее твоей дочери.
— Нашей, так уж и быть, — фыркает Пенси. — Я не сказала тебе спасибо. За то, что спас там, в горах.
— Вы, люди, иногда придаете слишком большое значение словам.