Эмилия свободно покачала головой, когда села. Радужные крупинки все еще цеплялись за ее фиолетовое бархатное платье. Она сплюнула и потерла глаза. Выругавшись, Люциан вошел в камеру и помог ей подняться.
– Эмилия? Ты?..
Орон провела пальцами по спутанным волосам и улыбнулась. Веспир никогда в жизни не видела такой лучезарной улыбки.
– Я. Свободна. – Эмилия рассмеялась.
Потом она закашлялась кровью. Она пузырилась на ее губах, стекая по подбородку. Аякс хмыкнул в ужасе, когда Эмилия обернулась, чтобы позаботиться о себе, а Люциан схватил ее за плечи.
– С тобой все в порядке? – воскликнул он.
– Прекрасно. Прекрасно. Я думаю, что сейчас слишком много силы. – Она повернулась, вытирая кровь. Ее лицо казалось бледным, хотя ее глаза лихорадочно блестели.
– Что происходит? – прохрипела Веспир. Эмилия тихим, торопливым голосом рассказала им о том, что видела в своей черной тюрьме. Великий Дракон, или по крайней мере она так думала, и тайная история, которую он ей показал. Связь драконов и связь хаоса. Как Эмилия разорвала цепь и освободила драконов и хаос.
Освободила драконов?
– Ты имеешь в виду голос, который я слышу в своей голове… Это Карина? – У Веспир екнуло сердце. Было ли безумием быть так сильно взбудораженной, когда мир вокруг них разваливался на части?
Если бы она могла поговорить со своей красавицей хотя бы пять минут…
– Нам нужно убираться отсюда. – Люциан поддерживал Эмилию, ее рука обнимала его за плечи; она все еще казалась остекленевшей, ее тело было настолько же слабым, насколько ее сила была мощной. – Если мы вчетвером выберемся отсюда, то сможем придумать план, как разоблачить жрецов.
– Мне нравится та часть, которая касается бегства отсюда. – Аякс бросился к лестнице. Веспир и остальные последовали за ним, преодолевая по две ступеньки за раз, где могли. Скоро. Скоро. Если дворец был разрушен из-за внезапного хаоса, возможно, они могли бы ускользнуть в гнездовье. Возможно, даже несмотря на то, что она плевалась кровью, Эмилия могла бы быть полезной, если они столкнутся с врагом.
А главное, Веспир была взволнована, как ребенок на празднике середины зимы, перспективой увидеть Карину, услышать ее бархатный голос в реальной беседе.
Они взбежали по извилистым каменным ступенькам и оказались в коридорах дворца. Вокруг никого не было. Они сорвались с места, все четверо. Главный вестибюль находился справа от них, дверь за ним. Они побежали за угол.
Их занесло при резкой остановке.
В двенадцати метрах впереди их ждала Гиперия с легионом имперских гвардейцев перед дверью. Вольска была одета в черное платье, воротник из чешуи и корону из зубов. Спереди ее украшала кровь, как и тогда, когда Веспир впервые увидела ее. Но эта кровь казалась свежей.
Жрецов нигде не было видно.
Веспир повернулась, чтобы бежать, но другой эскадрон охранников преградил ей путь к отступлению. Обнажив мечи, они ждали сигнала Гиперии.
– Дерьмо, – прорычал Люциан. Он крепче обнял Эмилию. – Гиперия. Мы просто хотим уйти.
– Чтобы рассказать о предательстве Камиллы и Петро? Нет нужды. Я сама позаботилась о них, – холодно ответила она, обнажая меч. Ноги Веспир стали резиновыми.
– Тогда мы закончили. Мы все договорились не убивать друг друга, – сказал Люциан.
– Это было до того, как я поняла условия нашего соглашения. – Глаза Гиперии вспыхнули. – Я не могу позволить хаотику жить. Кроме того, чтобы сделать мое восхождение честным, я должна убить всех вас своей собственной рукой.
– Честным? – Веспир буквально задохнулась.
Гиперия вздернула подбородок.
– Вы все представляете угрозу для моей легитимности. Особенно это. – Она указала на Эмилию, которая покачивалась на ногах, как новорожденный жеребенок. Люциан попытался оттащить ее назад, но Эмилия оттолкнула его.
– Нам лгали всю нашу жизнь, – сказала Эмилия. – Мы еще многого не знаем. Разве ты не слышала этот шум, Гиперия? Разве ты не слышишь голос собственного дракона?
Маска спокойства Гиперии сползла.
– Это Авфидий?
– Когда они заперли хаос, порядочники и император Антоний подавили способность драконов говорить и думать. Авфидий теперь свободен. Разве ты не можешь слышать его?
– Я могу. Знаешь, что он говорит? – В ее взгляде зажегся дикий огонек. – Одно-единственное слово: убей.
Разумеется. Веспир вздрогнула.
– Я больше не желаю слушать твоей ереси. Гиперия приняла боевую позицию. Позади нее, словно черное море, ждала имперская гвардия. – Выйди вперед и умри.