– «Папочка» Гиперии пытался вразумить ее после того, как они покинули вас. Она швырнула его к стене и угрожала отрубить голову, когда займет драконий трон. – Тибр посмотрел на двух своих сыновей, никто из них, казалось, не знал, что сказать. – Теперь она вне чьего-либо контроля, милорд, – продолжила Эмилия. – Человек, способный хладнокровно убить собственную сестру, может довести любое действие, каким бы крайним оно ни было, до конца. Я более благоразумна. – Эмилия стояла на своем и позволила своему взгляду встретится со взглядом лорда. Ненависть в ее груди начинала расти. Она представила, как держит его за шею и говорит «нет». В роли доминанта, а не наоборот.
Потому что она сейчас доминировала. Лорд Тибр оценивал ее. Его сыновья, которые раньше насмехались над ней, теперь слушали.
Она делала это.
Она могла это сделать.
Ее будущее и будущее всех остальных несчастных, хаотичных детей зависело от этих нескольких минут.
– Откуда нам знать, что это правда? – спросил Лисандр.
– Эта история уже дошла до других дворян на празднике. Можете спросить кого угодно, – ответила она. Слуги разносят сплетни, как крысы разносят болезнь – так однажды сказала ее мать. Эмилии не нравилось это сравнение, но она вынуждена была признать его правоту. – Пентри знают. Это уменьшило их интерес к Вольска. Вы союзники во многих других отношениях. Так почему бы не здесь?
– Ты можешь говорить за них в этом вопросе? – Тибр почесал подбородок.
– Почему бы не пригласить их сюда и не поговорить всем вместе?
– Что вы на это скажете? – Прошло всего двадцать минут, и Эмилия умудрилась уместить в одной комнате и Тибров, и Пентри. Все они жались друг к другу, разговаривая со срочностью детей, делящихся секретом. Победа жарко дышала ей в затылок, так жарко, что она даже не могла подумать о том, что сделает Гиперия, когда узнает, что Эмилия украла у нее победу. С другой стороны, Гиперия же хотела, чтобы все участники сражались изо всех сил.
В каком-то извращенном смысле именно это и восхищало Эмилию в ней.
Эмилия пересказала Пентри свой тибрский план. Поскольку их земли соприкасались и они часто обменивались милостями, то, что было хорошо для одного, будет хорошо и для другого. Леди Пентри и лорд Тибр переглянулись через комнату и кивнули.
– Хорошо. – Тибр потер подбородок. – У тебя есть мы, девочка. На данный момент.
– Это все, что мне нужно. – Эмилия встала, стараясь не взорваться. Она сделала это. Несколько дней назад она едва знала, как разговаривать с другим человеком, а теперь она заключила сделку. – Пойдемте со мной. Нужно поменять ваши голоса.
Прежде чем гербы могли быть присвоены победителю, они должны были быть зарегистрированы у жрецов. Обе стороны должны были расписаться под именем Эмилии, и только тогда она выиграет. Она повела Тибра и Пентри вниз по коридору, ее сердце бешено колотилось в груди.
После этой победы у нее будет реальный шанс занять трон Дракона. Эмилия не позволяла себе надеяться на это. Когда она впервые попала на Испытание, казалось, что выжить не получится. Но сейчас… она могла бы стать императрицей.
И как императрица она могла бы делать изменения. Долговременные изменения. Во-первых, она могла бы пересмотреть политику в отношении хаотиков, и… и…
Шаг за шагом.
Она нашла Камиллу в гостиной жрецов с книжкой для очков в руках.
– Я бы хотела записать Тибра и Пентри за собой, – сказала Эмилия, стараясь не обижаться, когда серо-стальные брови Камиллы удивленно приподнялись.
– Очень хорошо. – Жрица с размахом открыла свою кожаную книгу, достала ручку и сказала дворянам, где поставить подпись. Они написали свои имена, и Эмилии пришлось побороть себя, чтобы восторг не взорвал все вокруг. Она сделала это.
Она выиграла.
Она никогда в жизни ничего не выигрывала.
– Итак, – сказала она, задыхаясь.
Камилла кивнула.
– Итак.
– Итак… как мы объявим? – Эмилия посмотрела на дворян, потом снова на жреца.
– Объявим что? – Камилла казалась искренне озадаченной.
– Мою победу.
– Моя дорогая девочка, чтобы одержать победу, тебе нужна поддержка трех домов. Мы объяснили правила.
– Да. – Эмилия моргнула. – У меня есть Тибр и Пентри.
– Два дома. – Камилла дала книжку Эмилии. – Тебе нужно три.
Но… но это означало бы…
Дом Орон был вычеркнут из-под ее имени.
– Кто? – прошептала она пересохшим горлом. Пробежав глазами страницу, она увидела их имя еще один раз.
Под именем Люциана.
32
Люциан