– Что ты там увидел? – спросила она.
– Разве это не должно быть личным?
– Не вижу причин, по которым мы не можим поговорить об этом друг с другом. Кроме того, я думала, тебя не заботят правила.
– Да, но в привлекательном смысле, а не в глупом. – Шаркнув ботинком по земле, он сказал: – Не думаю, что я прошел.
– Почему ты так говоришь?
– Чувствую. Неужели мне больше не позволено испытывать чувства?
– Ну, тебе не нужно отрывать мне голову, – сказала она.
– Поверь мне, если я выиграю, никому не отрубят голову. Я буду великодушен. Для казни я придумал этот удивительный двенадцатиярусный торт, который вы, ребята, должны будете есть до самой смерти. По крайней мере вы умрете с улыбкой. И тортом.
– Что-нибудь еще?
– Он будет шоколадным.
– Нет. – Веспир вздохнула. – Во время теста. Что-нибудь вроде… образов?
Тишина. Ветер раскачивал листья над ними.
– Странный глаз? Трон? – тихо спросил он. У Веспир перехватило дыхание.
– Город? – прошептала она. Аякс шевельнулся.
– Мертвый. – Слово тяжело упало на землю между ними. Никто из них не хотел поднимать его. – И мы все тоже. Мертвы. – Его голос дрогнул. У Веспир перехватило дыхание. Она надеялась, что мертвые тела участников – это ее собственное кошмарное видение.
– Интересно, остальные тоже… – Ее слова затихли, когда все трое направились прямо к ним. Даже после Гонки и их разговора прошлой ночью Веспир все еще чувствовала желание опустить голову, когда «законные» находились рядом.
Все пятеро сбились в кучу, и Веспир заметила, как Гиперия и Люциан инстинктивно заслонили собой жрецов. Теперь они были в своем собственном мире, объединенные.
– Мы подумали, не заметили ли вы чего-нибудь странного во время теста, – сказала Эмилия.
Все было странно, но Веспир знала, что имела в виду девушка. Она не успела открыть рот, как Аякс ворвался.
– Флакон. Трон. Э-э, какой-то странный символ. Император. Какой-то причудливый глаз. Город. – Он сглотнул. – Нас. – Он и Веспир поднялись на ноги. – Вы тоже?
– Может быть, это часть теста? – сказала Гиперия. Ее лицо было пепельно-бледным. Девушка из Вольска провела так много этого Испытания отдельно от них, что ее присутствие в их маленькой группе было странно тревожным.
– Возможно. – Эмилия прижала палец к губам. – Но это случилось как раз перед тем, как нас вышвырнуло наружу. Судя по поведению жрецов, это не может быть нормальным.
Веспир посмотрела мимо Люциана и увидела, что Камилла, положив руку на каменную перекладину, что-то быстро говорит. Слова разобрать было невозможно, но высокое, яростное ругательство Петро было легко понять.
– Я не могу перестать видеть огонь в конце. – Гиперия вздрогнула. – Мне показалось, что я была там.
– Ты была там, помнишь? – пробормотал Аякс. – Ты была вся в крови. Хотя, думаю, ты к этому привыкла больше, чем все мы.
Гиперия раздула ноздри, но не посмотрела на мальчика.
– Это не то, что я имела в виду. – Голос Гиперии звучал глухо. – Я чувствовала, что это будто вот-вот должно произойти и я не могу этому помешать.
Тишина. Все согласились. Веспир закрыла глаза и подавила приступ тошноты.
– Итак, мы все видим странный набор образов, затем Правда прерывается, и нас вышвыривает наружу. – Аякс потер подбородок. – Это что-то вроде головоломки?
– Этого не может быть, иначе жрецы предвидели бы это. Они уже проводили Императорское Испытание до этого, – прошептала Эмилия. – Ее голос естественно становился тише, когда речь заходила о жрецах. – Нет, что бы ни произошло там, это необычно.
– Кто-нибудь думает, что он прошел вызов? – Гиперия посмотрела на каждого из них по очереди. Аякс и Люциан оба опустили глаза.
Веспир почувствовала себя плохо, увидев лорда Пентри на коленях, прямо перед тем как появились эти причудливые образы. Это было так же неестественно, как снегопад летом. Это не может быть победой, не так ли?
– Что будет, если никто из нас не пройдет? – пробормотала Веспир.
– Может быть, поэтому Правда вышвырнула нас? – предположил Люциан, поворачиваясь к Эмилии.
– Это возможно, – сказала она.
– Отсутствие императора объяснило бы, почему был уничтожен Драгонспай, – прохрипела Гиперия. – И мы все умерли.
– Похоже, мы получили ответ. Их Светлости удостаивают нас своим светлым присутствием, – пробормотал Аякс. Пятеро раздвинулись, раскрываясь, как тугой бутон в цветок. Камилла и Петро хмурились, что не могло означать ничего хорошего.
– Возникла проблема с вратами Правды, – серьезно сказала Камилла.
– Да, мои тоже все время ломаются, – сказал Аякс. Веспир толкнула его локтем.