Элинор замерла. Глаза ее широко распахнулись.
- Но… это не положено, - прошептала она. – Вы – невеста графа. Хозяйка поместья.
- Сейчас я просто женщина, - сказала я мягко. – И мне очень нужно почувствовать, что я не одна. Что могу быть собой.
Девушка смотрела на меня все еще несколько недоверчиво. Долгим изучающим взглядом. Потом кивнула.
- Хорошо… Надин. Но только, когда мы будем одни. А если кто-то услышит?… Господин Рэймонд будет недоволен.
- Обещаю, - улыбнулась я. – Это будет наш маленький секрет.
Она рассмеялась, тихо, но искренне. И выбежала в ванную, оставив меня одну.
Я глубоко вдохнула. И наконец, смогла оглядеться.
Комната, где я стояла, была большой, просторной, но не пугающей.
Сначала шла гостиная. Небольшой камин у стены, перед ним – два диванчика с пышными подушками, в чехлах из ткани с крупными цветами. На полу лежал плотный темно-зеленый ковер с высоким ворсом, с узором из листьев. Стены были выкрашены нежно-голубой краской, но не в один тон, цвет словно переливался, становился то светлее, то немного темнее, от чего особенно сильно бы похож на изображение неба. Разве что облаков не хватало.
С потолка на тонких цепочках свисали светильники, не обычные лампы, а стеклянные шары. Сейчас они не горели, но мне казалось, что если сказать им «свети!», то они вспыхнут один за другим, как будто говоря: «Добро пожаловать!»
Мебель в комнате напоминала старинную, но не старую. Не потрепанную. Дерево теплое, отполированное, без царапин. У окна стоял стол, нам лежало несколько книг, а там же стояла чернильница и несколько перьев на подставке из камня, похожего оникс, только сиренево-голубого цвета.
Я подошла ближе. Одна из книг была раскрытой. На странице были стихи о море:
«Небо когда-то в печальную землю влюбилось
С нежною страстью в объятья земли опустилось
Стали с тех пор небеса океаном безбрежным,
Вечным, как небо – как сердце людское мятежным». *
Из гостиной дверь вела в спальню. Там посреди комнаты стояла высокая кровать с балдахином, покрытая легким покрывалом цвета морской волны. А в изголовье лежала целая куча подушек, белоснежных, как облака.
Из спальни еще две двери вели дальше. Я заглянула в одну из них. Так, все понятно, тут у нас гардеробная, решила отложить ее изучение, на потом. А вторая вела в ванную, откуда уже тянуло ароматом трав и горячей воды.
А вот и окно. Высокое и широкое, плотные занавески раздвинуты, и прикрыто оно было только легким прозрачным тюлем.
Из окна открывался великолепный вид на сад. Не тот, что встречал меня со стороны моря. А внутренний, уютный, словно заповедник. Прямо сейчас он цвел. И снова я заметила нечто необычное. Здесь, как я запомнила из разговора управляющего, сейчас было начало лета.
Повсюду были разбросаны невысокие кусты с фиолетовыми цветами, похожими на колокольчики, но чуть сияющими изнутри. Кроны деревьев были украшены светло-зелеными листьями и нежно-розовыми цветами, которые шелестели, словно перешептывались.
Посередине этого великолепия был установлен фонтан. Он был сделан не из камня, а из прозрачного материала, похожего на стекло, и вода в нем переливалась всеми оттенками радуги.
А по периметру сада были разбиты разноцветные клумбы и те самые деревья лумари с полупрозрачными плодами.
Я подошла ближе. Открыла окно пошире. Вдохнула. Воздух пах медом, землей, немного морской солью, и еще чем-то сладким, как будто сама природа здесь была добрее.
Отвернувшись от окна, я решила внимательнее осмотреть комнату. И тут я увидела его.
В дальнем углу спальни на стене висело большое зеркало в полный рост. Оно было заключено в массивную раму из темного дерева, с резьбой в виде вьющихся ветвей. Похоже, это бы традиционный для этих мест орнамент.
Я видела его сбоку. А свое отражение – не целиком. Только контур. Голубого цвета плед, из-под него выглядывает краешек туники. Темные волосы, еще немного влажные, собранные в пучок на затылке.
Мне стало интересно, а как я теперь выгляжу?