- А-а-ах… - выдохнула я, тело сразу расслабилось.
Несколько минут я просто лежала с закрытыми глазами. А потом заметила, что по краю ванны стоят баночки. Много. Разных форм и размеров. Стеклянные, керамические, даже пера деревянных нашлась. Но на них не было ни одной надписи.
Ни «шампунь», ни «гель для тела», ни «масло для волос». Только символы: листик, капелька, звезда, сердце.
- Ну вот, - прошептала я. – И как мне выбрать нужное средство?
На мгновение я замерла. А потом… что-то внутри шевельнулось. Не голос, не мысль. А словно воспоминание. Как будто рука сама потянулась к баночке с изображением листа. Я взяла ее. Открыла.
Внутри оказалась густая зеленоватая паста, пахнущая свежескошенной травой и чем-то медовым. «Для тела, - подумала я. – Успокаивает, снимает напряжение». Я не знала, откуда пришло это знание, но решила довериться ему.
Нанесла на кожу средство. Тут же почувствовала, как разливается тепло, словно меня массировали умелые руки.
Следующая баночка – с символом капли. Прозрачная густая жидкость, с переливами, как перламутр. Пахла цветами и чем-то древесным. «А это для волос – промелькнуло у меня в голове. – Делает их сильнее и возвращает блеск».
Я улыбнулась.
- Ну, попробуем.
Я еще немного полежала погруженная в аромат, тепло и странное ощущение – что все это нормально.
- Странно, - прошептала я. – Уже и не помню, когда последний раз принимала ванну. Все больше душ. А уж такую… королевскую… Ну ладно, графскую. Пожалуй, вообще, никогда.
Я вновь закрыла глаза. Вода обнимала. Пар ласкал и убаюкивал.
Я почти задремала в теплой воде, окутанная паром и запахом трав и цветов. Но вдруг услышала тихий деликатный стук в дверь ванной комнаты.
- Надин? – раздался голос Элинор, чуть приглушенный деревом и разлитым по помещению паром. – Я принесла чай. И пирог… о, пирог у Анны получился такой ароматный, что говорят, его запах прошел через весь сад. Даже птицы перестали петь – только принюхивались.
* Автор этих строк Николай Гумилев. Это отрывок из его стихотворения «Небо и море»
Чай, пирог и разговоры
Глава 6
Я практически задремала в ароматном мареве, как будто вода сама пыталась убаюкать меня.
- Надин? – голос Элинор звучал за дверью, мягко, как шепот ветра в листве.
Я улыбнулась.
- Спасибо, Элинор. Я уже выхожу.
С легким сожалением я выбралась из ванны, ощущая, как капли скользят по коже, а прохладный на контрасте с водой воздух ласкает плечи.
Рядом, на маленьком столике, лежало большое, пушистое полотенце. Белое, с вышитыми синими звездочками по краю. Пахло сушеным тимьяном, чистотой и свежестью, как роса на траве в раннее утро.
Я обернулась в него полностью, словно все еще пыталась укрыться от мира. И вышла из ванной.
Прямо у двери меня ждала Элинор. Она держала в руках халат, распахнув его так, чтобы мне было удобнее сразу надеть его.
Я посмотрела на него, и сердце замерло. Халат был прекрасен, совсем не то, что я привыкла носить в качестве домашней одежды.
Из плотного тяжелого шелка, струящегося, как вода под лунным светом. Теплого, насыщенного цвета, как растопленный шоколад с каплей молока. Но вовсе не мрачный, не вычурный. А словно живой. Такой, что хотелось провести по нему рукой, просто ради приятных ощущений.
На рукавах и но низу шла тонкая серебряная вышивка, узор напоминал ветви растений и цветы.
Широкий пояс, из той же ткани, с кистями на концах, будто бы звенящими, даже когда их не трогаешь. Длиной до самых пят. Это была такая роскошная вещь. Уютная, как объятие.
Но…
Он был маленького размера.
Я едва слышно вздохнула, пряча разочарование. Жаль. А какой красивый.
Элинор, однако, не проявила ни тени сомнения.
- Надин, проходите к зеркалу, - сказала она, протягивая халат. – Одевайтесь, а потом я подсушу Вам волосы и причешу их. С влажными легко простудиться даже летом, особенно после моря.
Я взяла предложенную вещь. Халат был тяжелым. Но когда коснулась шелка пальцами, по коже пробежала приятная прохлада, как будто ткань помнила легкую тень под деревьями в летний полдень. Приятную, освежающую, не душную.