- Ну что дерзкий пират? – спросила я, опускаясь на колени рядом. – Как посадка?
Попутно я быстро осматривала Филиппа в поиске повреждений. На лице ребенка застыл испуг, он сидел и моргал. На ладонях кровоточили несколько ссадин, и на коленях так же были свежие царапины. Но – не раны, не кровотечение. Просто следы отваги.
- Я… упал, - выдохнул он.
- Ага, - кивнула я. - Но не с неба. Всего лишь с дерева. Это совсем другое. Успел разглядеть всех пиратов на горизонте?
Я улыбнулась. В таких ситуациях именно взрослый человек должен оставаться спокойным, иначе ребенок может запаниковать. Поэтому я старалась разрядить обстановку шутками.
- Нет, - пробурчал он и посмотрел на свои ладошки. – Я не успел. Больно…
- О, это легко лечится, - сказала я. – Есть у меня одно секретное средство.
Я огляделась. Я точно помнила, что где-то неподалеку видела то, что сейчас было нужно. И тут заметила. Рядом, у тропинки рос кустик подорожника. Такой знакомый, почти родной, как старый друг.
Я быстро сорвала несколько листьев, растерла их в ладонях. Сразу же появилась липкая, прозрачная жидкость. И приложила зеленое лекарство к ссадинам.
- Ой – воскликнул Филипп.
- Это чтобы быстрее заживало, - сказала я. – Подорожник – лучший лекарь в мире. И никакой магии, никаких зелий. Только живая сила природы.
Филипп посмотрел на меня. В глазах его все еще читалось подозрение.
- А еще, - продолжила я говорить, прикладывая размятый лист к колену, - на ранку нужно подуть.
Я легонько подула на ссадину.
- Видишь? – подула на вторую. – Боль уходит.
- Правда? - рассеянно прошептал Филипп, разглядывая руки, ставшие чуть зеленоватыми от травяного сока.
- Правда, - уверенно сказала я. – А еще, если кто-то обнимает, боль уйдет еще быстрее.
Я обняла его. Осторожно, но крепко. Просто чтобы он знал, что кто-то рядом. Кто-то кто понимает и поддерживает, несмотря ни на что.
Филипп не отстранился. Только тихо, почти неслышно выдохнул.
В этот момент к нам подошла Лия. Она присела рядом с братом и взяла его за руку. Я обняла девочку второй рукой.
- Прости, - сказала она, виновато. – Я больше не буду от тебя убегать. – Лия посмотрела на меня. – Не ругай его, ладно?
- Конечно, не буду. – ответила я. – Потому что он пытался. А это – самое важное.
- Я больше не буду, - прошептал Филипп. – Не буду лазить.
- Конечно будешь, - шутливо ответила я. – Только теперь ты будешь осторожнее. А лучше, когда я буду рядом.
Садовник Фир все еще стоял рядом и наблюдал за моими действиями, хотя, если честно, я успела забыть про него.
- Госпожа, может быть, стоит все-таки вызвать лекаря? – вмешался он, подходя ближе. – На всякий случай. Мало ли – заноза какая, заражение…
- Нет, - резко произнес Филипп.
Он вскочил, даже забыв про боль. Отшатнулся. Глаза широко открыты.
- Не надо! Не хочу к лекарям! Они не помогают! – вырвалось у него.
В этом крике явно был не просто детский каприз. Это было воспоминание. О комнате, пропитанной запахом лекарственных трав. О голосах, которые звучали приглушенно.
О матери, которая улыбалась, но с каждым днем становилась все слабее. Пока лекари кивали и говорили: «Мы сделали, все, что смогли».
Я все поняла.
Вот откуда взялся этот страх. Вовсе не от боли. От того, что даже самые мудрые не смогли спасти его маму. Конечно, Филипп тогда был слишком мал, чтобы понимать все. Но запомнил, что никто не помог.
Я встала. Подошла к садовнику, что застыл чуть поодаль от нас.
- Спасибо, Фир. Но мы справимся. Подорожник – старое, но надежное средство. А лекарь… не нужен.
Он посмотрел на меня. Потом перевел взгляд на Филиппа, который стоял сжав кулаки. И кивнул.
- Хорошо, госпожа Надин. Как скажете.
Я вернулась к мальчику. Снова присела на траву.
- Послушай, отважный пират. Мы не будем приглашать лекаря. Потому что ты не болен. Ты просто упал. А это не болезнь. Это приключение.
- Я не пират, - все еще немного насуплено произнес Филипп. – Пираты не падают.
- Еще как падают, - улыбнувшись, произнесла я. - Иначе как узнать, где спрятаны ловушки?