И вдруг ощутила. Не движение, и не пробивающийся росток. А согласие. Как будто земля кивнула на мою просьбу.
Улыбнулась. На этот раз – все точно получится.
Я вернулась к детям и нашим совместным играм и приключениям.
С Лией и Филиппом мы устраивали прятки, которые обычно заканчивались тем, что горничные находили нас сами.
- Вы нас ищете? – спрашивала Лия, выскакивая из-за шторы.
- Вовсе нет, - отвечала Элинор, незаметно подмигивая мне. – Я случайно проходила мимо.
Мы рисовали на камнях у фонтана – драконов, бабочек, сочиняли целые миры. Фир только вздыхал проходя мимо:
- Ну что, опять сад превращаете в холст?
- Ага, - кивала Лия. – Зато больше не рвем яблоки и цветы.
- Это драконы их едят, - добавлял Филипп серьезно.
Фир усмехался в усы:
- Тогда ладно.
А в особенно жаркие и солнечные дни было море. Одна я на пляж, конечно больше не ходила. Теперь нас сопровождал кто-то из горничных, которые терпеливо ждали на берегу, пока мы строили песочные замки или ловили волну за волной. Иногда мне даже удавалось уговорить Элинор искупаться вместе с нами.
- Надин! – кричал Филипп, показывая на воду. – Там спрятался дракон!
- Где? – прищуривалась я на горизонт, делая вид, что тоже высматриваю опасность. – Ой, бежим скорее!
Однажды, когда мы вот так все вместе проводили время на пляже, Лия подсела ко мне и взяла за руку.
- Надин! – прошептала она, прижимая небольшой букетик из цветов собранных неподалеку к груди, будто делилась тайной, которую нельзя открывать даже ветру. – Я хочу рассказать тебе один секрет.
Она оглянулась, убедившись, что рядом никого нет, потянула меня ближе к себе:
- Папа тоже любит море, - она гордо выпрямилась. – Он говорил, что море — это огромная соленая лужа, и это часть еще большего океана. А волны – это следы ветра, который дует внутри воды.
Я улыбнулась, да у графа педагогический талант. Так рассказать ребенку о течениях. Лия же продолжала.
- И еще он знает, где живут золотые рыбки, которые могут светиться.
Я задумалась.
Граф. Их отец. Мой… жених.
А ведь я почти забыла об этом обстоятельстве. Я не испытывала страха или неприязни. Просто жизнь здесь оказалась такой… настоящей.
Вечерние сказки в гостиной. Прятки у фонтана. Замки из песка.
А он – где-то там, за горизонтом, в мире бумаг и деловых переговоров. Почему я ни разу не получила от него письма? Неужели ему все равно?
- А еще… - Лия потянула меня за рукав, - может, вы подружитесь?
- Может, и подружимся, - сказала я, поправляя ей косички. – Только сначала пусть победит дракона.
- Ага! – кивнула Лия. – А мы расскажем ему, как ты сражалась с метлой?
В этот момент нас отвлек Филипп, который закричал с берега:
- Быстрее! Нас атакуют флибустьеры на золотых кораблях! – он бежал, размахивая только что подобранной палкой. – Они хотят разрушить наш замок!
- Флибустьеры? – переспросила я. – А где же их корабли!
- Вон там! – указал Филипп на облака, что и, правда, начали золотиться от стремящегося к горизонту солнца.
Лия тут же подхватила игру брата:
- А это их пушки, - взмахнула она рукой, показывая на полосы света между сгущающимися облаками. - Они собираются стрелять радугой!
Мы стояли на берегу, подняв головы, пока песок еще сыпался с наших босых ног. «Как же они правы, - подумала я. – Если облака – это корабли. Тогда пусть закат будет их флагом».
Но вдруг ветер резко сменил тон. Солнце скрылось. Облака, еще минуту назад казавшиеся золотыми, стали почти черными.
- Бежим! – весело крикнула я, хватая Лию за руку.
Горничная, что сопровождала нас сегодня, уже проворно собирала плед. Мы помчались к дому, все еще смеясь, но на время оставив игры. И не зря спешили.
Первые капли дождя упали, когда мы были в десяти шагах от двери.
- Ой-ой-ой! – вскрикивала Лия, пытаясь прикрыть голову ладонями.
- Флибустьеры настигают! – кричал Филипп, оборачиваясь на ходу.
Мы влетели в холл мокрые, смеющиеся, с песком в волосах.