- Я тоже хочу быть отважным флибустьером!
Я вышла навстречу гостям. Не как госпожа поместья. А как радушная хозяйка вечера. Та, что знает, как сделать так, чтобы все чувствовали себя своими.
- Добро пожаловать, - говорила я каждому, касаясь руки или плеча. – Спасибо, что пришли.
- Вот, - указывала я рукой на накрытые столы, - Анна печет замечательные пироги, попробуйте.
- А это – тебе, - добавляла я, вручая маленькой девочке цветной фонарик из цветка физалиса. – Чтобы тени тебя не пугали.
Одна женщина, державшая в руках связку ярко-алого шиповника, чуть замялась:
- Госпожа… - смущенно начала она. – Мы не знали стоит ли…
- Конечно, стоит, - перебила я, обнимая ее за плечи. – Вы друзья.
Я посмотрела на ее дочку, которая уже бегом направлялась в сторону Лии.
- А друзья собираются на праздники все вместе.
Костер на окраине площадки разгорелся, как живой. Фир подкинул хвороста, и пламя взметнулось к небу, рассыпая искры, похожие на падающие звезды.
- Пора дарить теням что-то старое! – крикнул он, бросая в огонь еще несколько сухих веток.
- И просить новое, - подхватила Анна, бросая в костер, как я успела разглядеть, ту самую деревянную лопатку, которая пострадала при моей первой попытке приготовить пирог с лилианами.
Я улыбнулась. Нужно будет обязательно подарить ей новый набор.
Гости тоже начали бросать разные предметы в огонь. Тут были и цветные ленточки, записки с пожеланиями, пучки ароматных трав, и даже мелкие монетки.
Я тоже бросила в огонь старую заколку, пусть тени принесут каждому то, что они желают.
На секунду мне показалось, что пламя блеснуло как-то по-особенному, что оно… улыбнулось мне. Но меня тут же отвлекли подбежавшие Филипп и Лия.
Воздух пах корицей, ароматным дымом от трав, свежими яблоками и чем-то еще – теплым. Тем, что не передать словами.
Анна приносила все новые подносы с горячими пирожками, даже не ругаясь, когда дети выхватывали ароматную выпечку прямо на ходу.
- Ешьте, - приговаривала она с улыбкой. – А то тени обидятся.
В разгар вечера, когда все немного утомились, запела Тилана. Ее голос, чистый и звонкий, разлился над поляной, как журчащая река.
Люди замерли, прислушиваясь. Потом начали кружиться в танце. Сначала их движения были робкими, немного скованными, но потом становились все смелее. Люди двигались в такт музыке, собирались в хороводы. Даже Рэймонд, редко участвующий в наших затеях, кружил с одной из деревенских девушек, держа в руках фонарик.
Я стояла чуть в стороне и наблюдала. На душе было тепло и легко, словно сейчас не середина осени, а разгар жаркого лета.
Вдруг Лия подбежала ко мне, держа в руках маленькую тыковку.
- Надин, - прошептала она, - это для тебя.
На тыкве была вырезана смешная рожица, вырезанная не очень аккуратно, явно детской рукой.
- Я сама! – гордо сообщила она, видя, как внимательно я разглядываю края. – Чтобы ты не скучала.
Я взяла тыкву одной рукой, другой обняла ее за плечи.
- Спасибо, - сказала я, прижимая девочку к себе. – Мне вовсе не скучно.
И тут. Вдруг в моих руках что-то неярко вспыхнуло.
Из тыквы, что я продолжала держать, из самой ее улыбающейся пасти, начали вылетать светлячки. Маленькие, яркие, как звездочки, оторвавшиеся от неба. Они кружились вокруг нас, как живые искры, оставляя за собой полосы света.
- Ой! – Лия вскрикнула и от восторга захлопала в ладоши. – Надин, смотри!
Она бросилась вдогонку за светлячками, забавно подпрыгивая, пытаясь поймать их руками, как бабочек.
Гости стали оборачиваться в нашу сторону, они тоже заметили, что происходит. Сначала ненадолго на поляне повисла тишина. Потом все дружно захлопали, совсем, как Лия только что.
- Это же часть праздника! – крикнул кто-то из толпы, поднимая руки.
- Ага! – подхватила девушка, угощавшая подругу яблоком. – Тени прислали звезды! Все что загадали – сбудется.