- Для тебя, - она улыбнулась, но глаза остались холодны. – Я оставила ее на столе.
- Настаиваете, чтобы я прочитала сегодня? – спросила я, пряча усталость.
- Обязательно, - кивнула тетушка. – Это очень важно.
Рядом, в тени, Габриэль едва заметно кивнул матери.
«Странно», - машинально отметила я его жест, но не придала значения.
«Наверно это книга о том как быть правильной племянницей» - подумала я пожимая плечами, а вслух сказала:
- Спасибо за заботу. Прочитаю обязательно.
Но в библиотеку я не пошла. Решила, что книга от меня никуда не денется. А вот горячая ванна… Именно об этом я мечтала, поднимаясь по лестнице.
Сегодня был долгий день. Слишком много улыбок, которые не доходили до глаз. Слишком много слов, которые не нужно было говорить.
Все завтра. Завтра я придумаю, как попросить их уехать. Деликатно. Как хозяйка.
В свои покои я зашла тихо, старясь не шуметь, вдруг дети проснутся. Не хотелось никого беспокоить, у всех тоже был напряженный день.
За спиной, в коридоре, кто-то тихо зашевелился. Но я не стала оборачиваться. «Это наш дом, - напомнила я себе. – Здесь нет места для страха».
В ванной меня уже ждала кружка теплого молока с медом – Анна всегда знает, когда мне нужно тепло.
Я закрыла за собой дверь, опустилась в воду и…
Задумалась, почему я не пошла сегодня в библиотеку? Почему мне кажется, что меня там ждала бы вовсе не книга?
Но мысли таяли, как мыльная пена. «Завтра я все решу», - повторила я себе.
Искупавшись и перебравшись под теплое одеяло, я медленно погружалась в сон, думая о том, как завтра сказать гостям: «Пора собираться».
***
А в это время, в коридоре, за поворотом по лестнице уже поднимался Габриэль. Он переглянулся с матерью – короткий, едва заметный кивок – и, убедившись, что Надин их не увидит, двинулся в сторону библиотеки.
«Она обязательно придет, усмехнулся он, поправляя камзол. – Все женщины приходят, когда их зовут, хотя бы из любопытства».
Альбина, оставшись одна, достала из кармана сложенный лист бумаги. Перечитала написанное крупным почерком:
«Кузина, жду Вас в полночь в библиотеке. Не опаздывайте.
Р.S.: Прошу, приходите в чем-нибудь… легком».
Габриэль шел уверенно, почти победным шагом. Он не сомневался: Надин, как глупая легковерная птичка, сама влетит в его ловушку.
«Она уже должна быть в библиотеке, - повторял он про себя. – Мама не ошибается».
Но коридор встретил парня не так, как он ожидал.
Сначала – тишиной.
Потом – неярким блеском.
На полу, выстроенные в несколько ровных шеренг от лестницы до двери, что вела в библиотеку, стояли оловянные солдатики. Их крошечные штыки сверкали в свете свечей, как будто предупреждали.
Габриэль фыркнул.
- Детские шалости, - пробурчал он, наступая на первого солдата.
Раздался тихий треск, а за ним легкий металлический звон разнесся по коридору, как выстрел.
Габриэль споткнулся. Руки сами собой замахали в воздухе, пытаясь удержать равновесие.
- Проклятые игрушки! – вырвалось у него сквозь зубы.
Где-то за шторой тоненько хихикнули.
Но Габриэль не остановился.
«Еще шаг – и я внутри», - думал он, делая следующий шаг вперед.
Раздался тихий шорох. На этот раз это оказались стеклянные шарики. Рассыпанные по полу, они покатились под ногами молодого мужчины, как холодные льдинки под дождем.
Габриэль полетел. Сначала его увлекло по инерции вперед. Затем бросило вбок. Потом он прокатился по всему коридору, цепляясь за стены, как пьяный пират во время качки.
- Да проклятие! – зашипел он, поднимаясь.
В углу за плотной шторой, Филипп еле сдерживал смех.
«Враг повержен! Он упал!» - восклицал про себя мальчик, сжимая в ладони еще пригоршню цветных стеклянных шариков.
Габриэль, отдышавшись, попытался сделать еще шаг. Но под ногами что-то вновь заскользило. Еще шарик. Еще один. И еще.