Прошло часа два. Я убрала из столовой почти не тронутый, за исключением пары кусочков и десерта, обед и снова столкнулась с Лексией на кухне. В этот раз мы были одни.
— Будьте осторожны, милая, — сказала мадам, коснувшись моего локтя.
— О чем вы, Лексия?
— О Р а мане Лансерте. Он весьма хорош собой и умело кружит головы девушкам. Не вздергивайте носик, я заметила утром ваше смятение после разговора в столовой в его присутствии. Он не дурной человек, но и не слишком правильный. Я предостерегаю из добрых побуждений. Впрочем, вам все равно самой решать.
— Спасибо за совет. Я ценю. И уверяю, господин Лансерт, а особенно его внешняя привлекательность, в этом плане меня вряд ли заинтересует.
Но я ошиблась. Мы обе ошиблись. Лексия, приписав мне мгновенно вспыхнувший интерес, и я, так категорично от интереса отказавшаяся.
Глава 6
Алард
В тот грозовой вечер, когда мисс Дашери едва не свалилась в пропасть, Алард заметил тело на тропе и спустился убрать его, чтобы избавить себя от очередной порции слухов. Приблизившись к мертвой девушке он уловил ту самую нотку горечи, но решил, что померещилось. Из-за недавнего контакта с непосредственным источником, Элирой, испугавшейся так, что, похоже, едва вспомнила, как дышать. Белеющий в сумерках лик, алый овал приоткрытого рта, распахнутые колодцами глаза, разошедшееся платье, край корсета, тисками сдавивший грудь, и запах-дурман.
Отнести несчастную служанку в скалы оказалось минутным делом, а запутавшаяся в волосах запонка… Пришлось для начала сдвинуть погибшую к самому краю тропы, чтобы было удобнее схватить. Скорее всего, именно в этот момент аксессуар покинул манжету. Прикасаться к тяжелому обмякшему телу руками было неприятно, в прочем виде — хотелось быстрее отделаться от обузы, и прозванный Ножами участок берега казался лучшим местом. Придет прилив и следов не останется. Но остались.
Лансу он признался еще по дороге в город. Увидел, решил, что подумают на него, и спрятал. Без подробностей. Но Раману их хотелось, и шеф жандармерии не нашел ничего лучше, чем устроить экскурсию в мертвецкую, дабы попытаться пробудить в Аларде совесть. Сам сказал. Но чтобы пробудить что-нибудь в мертвецкой нужно быть некромантом, а у Эдселя совсем другие способности.
— Считаешь, что поступаешь верно? — спросил Алард, оглядывая довольно просторное подвальное помещение. Окрашенные белым стены, такие же белые глухие шкафы. Окна почти под потолком, но светло. Холодно, будто не лето на дворе. В центре — два узких стола, на которых, надо полагать, жертвы, накрытые простынями.
— Не уверен, что совсем уж верно, но мне нужно с кем-то говорить. Диалог с самим собой не так продуктивен, — ответил Ланс, прошел между столов и поочередно сдернул простыни, наполовину открывая тела, развернулся и стал в изголовье.
— У тебя в подчинении с полсотни жандармов, — напомнил Эдсель.
— Да-да, а можно еще выйти на площадь и поорать, что я понятия не имею, что происходит.
— Так решили уже, что это я, — не удержался от шпильки Алард. Мертвые девушки в грубых длинных рубашках не то зрелище, которое захочется лицезреть с утра, да и в прочее время суток. Плюс, у него имелись все основания окончательно лишить Ланса настроения в отместку за испорченный за завтраком десерт.
— Не передергивай, — скривился тот. — Я в праве обвинить тебя за то, что ты спрятал бедняжку в скалах вместо того, чтобы как честный человек просто сообщить о случившемся. Если бы ты не влез, можно было списать на несчастный случай. Два несчастных случая. Теперь и во второй не поверят.
Эдсель и сам понимал, что поступил как полный болван. А все запах. Перестал казаться навязчивым, но никуда не делся. Самое неприятное, что хотелось скорее вернуться обратно в дом и снова ощутить его в полной мере.
Вторую жертву нашли на окраине Статчена. Судя по рассказу Ланса, это было даже красиво: бледное лицо и руки среди маков и диких пионов, запутавшиеся в темных волосах лепестки и трава. Алард помнил ее, видел в доме, как и ту первую, что помогала тетушке устроить Элиру и по просьбе мисс Дашери убрала зеркало из комнаты внизу. Первая была красивой, вторая — милой, но простоватой.
От этой, второй, все еще пахло смесью горечи и ветра. Едва уловимо. И Эдселя внезапно накрыла волна раздражения. Запах не принадлежал мертвой девушке, и слышать его на ней было неприятно. И видеть тонкую шерстяную шаль, которая погибшей тоже не принадлежала. Лежала рядом с ней на столе поверх стопки с одеждой.
— Что сказал целитель? — сухо спросил Алард, борясь с желанием подойти к и забрать шаль.