Перед волей Аллаха мы все бессильны,- говорил доктор, смотря на разбитого Демира, и произнес жизненные слова: «На скале надпись, когда богатые читают эту надпись – они плачут, когда бедные читают – они радуются. Когда читают влюблённые – они начинают ценить каждый миг проведённый вместе. А на скале написано — ВСЁ ВРЕМЕННО».
После слов врача, Демир как чокнутый вертится вокруг Элис, не позволяя ей даже прикрыть глаза.
- Жизнь моя, давай потом, я правда очень сильно хочу спать, - попросила Элис и сильнее прижалась к мужу.
- Спи, дочка! - вмешался Явуз, который невольно стал свидетелем неадекватного поступка сына.
- Спасибо, дядя Явуз, - сказала Элис и почти тут же заснула.
- Нам надо поговорить, Демир! - произнес грозно Явуз и удалился из комнаты.
- Ты что творишь, Демир? Совсем с ума сошёл? - возмущался Явуз, смотря на тревожное лицо сына.
Демир сидел на кресле и пил виски, выкуривая сигарету за сигаретой, явно переживая за жену.
- Что тебе надо, отец? Мне сейчас не до тебя, - ответил нервно Демир с больным выражением лица.
- Вот именно. Тебе сейчас вообще ни до кого нет дела. У тебя паранойя началась. Оставь девочку в покое и займись с собой. Ты в последний раз когда себя в зеркале видел? Привидение, пугающее всех вокруг. Слуги боятся лишний раз пикнуть, чтобы ты не сорвался. По-твоему это нормально? Элис принимает сильные препараты, и это логично, что девочку тянет на сон. А ты что творишь? Не даёшь ей даже поспать. Не делай этого, сынок! - умолял его Явуз, пытаясь привести в себя.
- Хочешь чтобы я отошел в сторонку и просто позволил ей умереть? Жить спокойно и ждать пока она умрет? Этого ты требуешь от меня? - говорил с болью Демир.
- Не говори глупости, Демир! Мы отправили её анализы за границу и ждем ответа. Я надеюсь, что с моей девочкой ничего не случится, - произнёс волнуясь Явуз.
- Самое большое препятствие – страх. Самая большая ошибка – пасть духом. Самая мощная сила – вера! И ты верь в это, Демир! - успокаивал сына Явуз.
- Я не такой верующий как ты, отец, - Демир встал и собрался было идти, как Явуз остановил его.
- Демир, ты уже несколько месяцев нормально не ешь и не спишь. Как сумасшедший бросаешься на служащих, забросил дела на работе. Избегаешь разговоров с нами. Али сто раз звонил тебе, а ты ни разу не ответил ему. Думаешь, убежав от всех, тебе станет легче? - отчитывал его отец.
- Я не скрываюсь ни от кого. Просто не желаю никого видеть.
- Я прекрасно понимаю тебя, Демир, но прошу - живи, сынок, а не существуй.
Положив ему руку на плечо, прошептал: