Затем спуск закончился, и они снова оказались на ровной местности. Чед услышал шум со всех сторон. Странные звуки. Что-то похожее на карнавальный свист. Сердитые крики. Угрозы. Первобытный звук столкновения. Удары кулаков по плоти. Щелчок кнута. Голоса. Множество голосов, как на рок-концерте перед тем, как погаснет свет в зале. Если ему требовалось еще какое-то напоминание о том, что он находится в диком месте, то вот оно, "звуки детской площадки Дьявола" в полном расцвете сил.
Грузовик замедлил ход, пробираясь сквозь бурлящую толпу. В адрес грузовика посыпались проклятья. Сердце Чeда забилось быстрее, когда он понял, что эпитеты были адресованы не водителю, слуге Хозяина, а рабам, сидевшим сзади. Он повернулся, чтобы посмотреть через заднее стекло на лица нападавших.
Старик с длинной спутанной бородой и короной грязных волос вокруг лысой головы зашел за грузовик, искоса посмотрел на них и поднял вверх средний палец. На нем была набедренная повязка, и Чeд заметил блеск серебра у него на шее.
Он прищурился, но не смог разглядеть, что это было.
Злобное выражение лица мужчины исчезло, когда грузовик выехал на изрытую колеями дорогу вдоль стены пещеры и набрал скорость. Несколько минут спустя они въехали на открытое пространство, служившее парковкой. Грузовик остановился рядом с другим транспортным средством, и его двигатель, вздрогнув, заглушился. Дверь со скрипом открылась, и послышался звук шагов в ботинках по твердому полу. Затем в заднем проеме появилось изображение охранника, скрытое забралом.
- На есть , ?
Синди немедленно ответила.
- Да.
Охранник внимательно осмотрел ее.
- На тебе клеймо рабыни. Ты освобожденa?
Синди кивнула. Она гордо вздернула подбородок.
- Да.
- Проходи вперед.
Синди встала, целеустремленно направилась к задней части грузовика и спрыгнула на землю. Она открыла свою сумку и достала документы. Охранник взял у нее из рук сложенные бумаги, развернул их и изучил напечатанные на них слова. Охранник смотрел на бумаги достаточно долго, чтобы заставить Чeда почувствовать себя неуютно.
В конце концов, охранник сложил бумаги и вернул их ей.
- Bижу, ты недавно освободилась. Мои поздравления.
- Cпасибо.
- У тебя на борту есть рабы?
Она кивнула и указала на Чеда.
- Вон тот.
- Свежее мясо?
- Да.
Охранник сделал знак Чеду.
- Шаг вперед.
Чед поднялся на ноги и, шаркая, подошел к задней части грузовика. Он посмотрел вниз, на землю, колеблясь, задаваясь вопросом, стоит ли ему прыгать, пока на ногах кандалы. Он все еще размышлял над этим, когда Синди схватила его за цепь, соединяющую наручники на его руках и ногах, и вытащила из грузовика. Он закричал, ударился о землю под неудобным углом и повалился вперед. Его открытый рот наполнился грязью, и он подавился. Он застонал, перекатился на бок и затуманенным взором уставился на Синди, которая, казалось, тянулась к нему, чтобы помочь.
Ошибка.
Ее нога, обутая в один из его новых кроссовок "Рибок", сильно ударила его в живот, выбив воздух и вызвав взрыв боли в животе. Она пнула его еще раз, сильнее, и он скорчился в жалкой попытке отразить дальнейшие удары. Она все равно пнула его еще раз, носком ударив по рукам, которые он в защитном жесте держал на животе.
Чед мысленно проклинал ее, но в то же время молил о пощаде. Ему пришло в голову нечто ужасное. Не могло ли случиться так, что Синди морочила ему голову? Она пробыла здесь долгое время - возможно, достаточно долгое, чтобы из нее выжали все остатки человечности. Возможно, она была садисткой, и именно так она ловила кайф, создавая тщательно созданную иллюзию дружбы и заговора, иллюзию, которую она сейчас безжалостно разрушала.
Он не мог ее видеть, но представил, как на ее прекрасном лице появляется ухмылка.
Избиение прекратилось с пугающей внезапностью. Сквозь слезы он увидел, как Синди резко отвернулась от него и повернулась лицом к охраннику.
Охранник ухмыльнулся.
- Мило. Tебе нужно лучше его дрессировать, - oн бросил косой взгляд на Чеда. - У некоторых людей просто есть талант к такой жизни. Я думаю, ты - одна из них.
Синди только сказала:
- Нам нужно идти.
Охранник кивнул.
- Вам нужно зарегистрироваться в Службе контроля работорговли. -какая бумажная , - oн ухмыльнулся. - И твое письмо.