— Хорошо, принцип работы пальцами вы поняли. Ну что я могла тебе сказать? Передвижение во влагалищном проеме объекта, чья форма вяло напоминает фаллос, по принципу туда-обратно — так и есть, это действительно краеугольный камень определенной части предварительных ласк.
— Мне остановиться? — спросил ты.
— Не обязательно, но вы ведь пришли, чтобы научиться куннилингусу, нет?
— Да.
— Вот. Тогда думаю, что рано или поздно нужно начать.
— Тогда я начну?
— Давайте.
Черт подери! Когда я смотрела на тебя, копошащегося у меня между ног, создавалось впечатление, что там находилась тарелка с сырыми потрохами, а я застала тебя врасплох, пока ты ковырялся в этом месиве кончиком вилки. Мы дошли до верха эротичности, когда ты боязливо высунул кончик языка. Я видела, как ты борешься с моими волосками: на их наличие ты не рассчитывал. Это показалось тебе нечистоплотным. Сосредоточенная складка пересекла твой лоб: должно быть, ты злился, пытаясь приложиться туда губами, не задев мои волоски. Жаль, что не смогла развернуть все это перед тобой и приходится угадывать, где же там нужно бурить. Я чувствовала твою подозрительность. А как же. Разве проститутки не должны быть полностью гладко выбриты? Это что, значит, что проститутки не являются воплощением мужских фантазий, принимающим самые разные формы? Может, я плохо за собой слежу? Я бы поспорила на свой дневной заработок, что ты даже не подумал почитать мое описание в интернете. Это уберегло бы тебя от неприятных сюрпризов. Потому что в результате я не чувствовала ровным счетом ничего. Но ты отыскал клитор и теперь сдался бы только через собственный труп. Я превратила вздох отчаяния в приглушенное жалобное хныканье, но быстро застеснялась этого шума в тишине.
Оставалось сорок пять минут! Только подумайте, сколько всего может произойти за сорок пять минут! Концерт для фортепиано номер 3 Рахманинова, например: можно прослушать его полностью, даже свободное время останется. Три четверти часа могут вместить три оргазма. Все может происходить очень быстро, и опомниться не успеешь. С другой стороны, это все же не менее чем три раза по пятнадцать минут, мы недостаточно принимаем это в расчет. От этих размышлений и от несправедливости у меня слезы наворачивались на глаза. Мне казалось, что я протягиваю тебе гвозди, чтобы ты забил их в мой гроб. В конце концов я приподняла подбородок:
— Дело в том, что есть ведь не только клитор. Ты уставился на меня с непонимающим видом.
— Он важен, но вокруг — целая вселенная.