– Коготь… – тихонько позвала я. Грифон приоткрыл глаза. – Хочешь выбраться отсюда?
Знаю, глупо было разговаривать с животным, но кое-какие зачатки разума он ведь проявил, когда ни с того ни с сего помог спрятаться.
Полуптица повернула ко мне голову и внимательно посмотрела. Можно даже сказать, оценивающе, причём рейтинг был явно не в мою пользу. Неужели сообразил? Кто поймёт странное существо.
– Сейчас попробую снять цепь. Только не пугайся,– грифон что-то проклекотал и сунул голову обратно под крыло.
Я на ощупь нашла скобу, к которой была припаяна цепь. О том, чтобы выдернуть её, не могло быть и речи – уж если Коготь не смог…. Жаль, не владею силой Дома Саламандры – тогда можно было просто расплавить. Хм. А если максимально снизить температуру?.. Главное, чтобы вся цепь не охладилась – Коготь таких усилий к собственному спасению не оценить. Ох, надеюсь, уроков друзей я не забыла.
Потыкав скобу пальцем, я опустила на неё ладони. Сначала ничего не происходило, но потом повеяло обжигающим холодом. Привыкшие к темноте глаза уже могли различить голубоватое сияние, исходившее от пальцев. Грифон забеспокоился и стал пристально наблюдать за процессом криообработки, нахохлив перья.
Так прошло около получаса, прежде чем скоба раскрошилась. Вся стена, к которой она крепилась, была покрыта инеем, как и мои волосы, в камере царил зверский холод. Меня трясло – до такой степени устала и замёрзла. Но ведь не зря.
Зато Коготь, поднявшись на лапы, по-собачьи встряхнулся. Обрывок цепи громко лязгнул. Грифон воинственно встопорщился и пару раз хлопнул крыльями, заклекотав. А потом снова полез ластиться. Странное поведение…. Всех моих предшественников, если судить по репликам стражи, съедал. Я что, так плохо выгляжу, что он побоялся отравиться?
Как бы то ни было, полдела сделано. Пожалуй, отдохну немного и примусь за дверь. Судя по свету из окошка, сейчас закат. Выбираться, наверное, лучше ночью.
– Коготь… – тихо позвала я. Облачко белого пара сорвалось с губ и растаяло. Грифон, царапая когтями слегка заледеневший пол, подобрался ко мне и улёгся рядом, согревая.
***
Ночь прошла относительно спокойно. А вот утро ознаменовалось ещё одним "сюрпризом". Охранники закинули нам в камеру человека.
Коготь сразу же подскочил к нему, не обратив внимания на мой испуганный окрик. Впрочем, убивать пленника грифон не стал – подкатил его клювом ко мне и уселся рядом.
– Ещё один счастливчик…. – я перевернула новоприбывшего (а это был мужчина) на спину. На первый взгляд никаких сильных повреждений у него не было, только ссадины и синяки.
Кажется, наш побег откладывался. Тащить на себе пленника не представлялось возможным, как и бросать его здесь. Но и вылечить не получится. Тут еды-то нет, не говоря уже хоть о каких-то лекарствах. Благо, сообразить пару горстей льда вместо воды удалось, но не более. Либо хаатская магия здесь блокировалась, либо у меня не осталось никаких сил.
К счастью, через пару часов новичок пришёл в себя. Отрешённо осмотрелся, привыкая к темноте и… подняв правую руку вверх, что-то пропел. На кончиках его пальцем замерцали золотистые искры, слегка освещая камеру.
– Как самочувствие? – поинтересовалась я, наблюдавшая за ним сидя чуть поодаль, прислонившись спиной к дремавшему Когтю.
Вздрогнув, мужчина вскочил на ноги и обернулся ко мне, заняв оборонительную стойку. Типично хаатскую: левая нога чуть позади, ударная левая рука на уровне плеча, правая – параллельно телу, ладонью к противнику. На ней уже высветилась руна-щит. Про все эти премудрости в своё время мне рассказали Мейр и Ктийр. Они даже провели образцово-показательный бой.
Сомнений в его расовой принадлежности не осталось.
– На ногах стоишь, это хорошо, – каким бы миролюбивым и спокойным не старалась сделать тон, в голосе промелькнули нотки паники. А если он захочет отыграться на мне, за то что оказался здесь?
Ай, да толку бояться раньше времени!
– Что? – хрипло переспросил тот, насторожившись. Левая рука дрогнула и опустилась – надеюсь, он понял, что никакой угрозы я для него не представляю. – Кто ты такая?
– Пленница, как и ты. Коготь, позволишь гостю погреться возле тебя?– тихонько позвала я. Грифон сонно клекотнул. Я приглашающее указала мужчине на место рядом с собой.
– Коготь, значит? – насмешливо пробормотал хаат. Помедлив, уселся и принялся беззастенчиво разглядывать меня. Не выдержав, отвернулась.
– Что со своими не поделила, ведьмачка? – насмешливо спросил он, наконец. Неуместное желание ответить такой же колкостью на "ведьмачку" подавила мысль, что камера эта не для простых людей, а внешность у меня вполне человеческая.
– Тебя это не касается, – отозвалась я, решив ему подыграть. Стихии, да из какого же он Дома?.. Эх, слишком темно, чтобы рассмотреть, да и вид у него потрёпанный.
Что же получается, ведьмаки не только мой Дом нашли?
– Не обижайся, девочка, – с покровительственными нотками произнёс хаат. – Жизнь сурова, ничего тут не попишешь.
Тоскливо вздохнув, согласно кивнула.
– Ни за что ни про что отправили. Вот, чуть не скормили грифону. А он меня даже есть не стал…. – пожаловалась я.
– Я им за это отомщу. Сбегу отсюда. Завтра же.
Хаат спрятал смех за надрывным кашлем, но никак не прокомментировал мою наигранно возмущённую тираду.
– Ты ведь поможешь нам? – прямо спросила я у парня, просящее взглянув на него. Он вдруг нахмурился и, поймав меня за подбородок, уставился в глаза. Что можно разглядеть в такой темноте?
– Полукровка, – констатировал хаат, отпустив. – А я ещё удивился, кто тут так наследил.
– О чём ты? – нахмурилась я.
– Ты колдовала здесь?
– Да…. – отрицать очевидное было глупо.
– В тебе есть кровь хаат. "Ледяные" отметились, – ответил мужчина. – Теперь поняла, почему ты здесь оказалась?
– А откуда ты знаешь про хаат? И сам-то ты кто? – настороженно спросила я, отодвинувшись от него подальше. Тот с усмешкой проследил за моим движением.
– Моё имя Нут.
На полном я не стала настаивать, равнодушно пожав плечами. В самом деле, это сейчас не настолько важно.
– А я – Тал. И насчёт побега – зря смеёшься. Какая разница: погибнуть, выбираясь отсюда, или от голода? Грифона кормят только пленниками. И он уже давно не… ел.
– Неужели? – насмешливо спросил Нут. – И почему же ты жива до сих пор?
– Знала бы – сказала, – задумчиво пробормотала я.
***
На следующий день никто из стражи к камере не подходил – похоже, грифона держали в самой дальней. Удобно с одной стороны – заморозку замк