— Эдгар! Ты быстро, — Алёна заглядывает обратно в сарай на секунду и потом ловит взгляд Эдгара. И жестом манит за собой.
Эдгар усилием воли заставляет себя пройти мимо Психа, который окидывает его отвратительно пронизывающим взглядом. И почти забывает о нём, когда видит Ника, который и правда выглядит слишком плохо, чтобы думать о чём-то другом. Что с ним вообще такое?! Эдгар опускается на колени, машинально отмечая, что джинсы на правом колене начинают пропитываться влагой от — Эдгар бросает короткий взгляд наверх — протёкшего через дырявую крышу дождя. Кожа Ника ледяная, но если бы не это, Эдгар бы решил, что у парня лихорадка. Но… он прикасается к беспокойно мечущимся под закрытыми веками зрачкам и чувствует укол боли. Это…
— Длительный контакт с силой города, что особенно… хороша на острове, Ворон, — на грани слышимости сообщает бесшумно подобравшийся со спины Псих. Эдгар честно старается не вздрогнуть, но понимает, что Псих, удерживающий его сейчас а плечо, прекрасно ощутил, как сократились мышцы. И явно этим доволен. Настолько, что его голос чуть заметно срывается на смешок. Впрочем, это не мешает ему быть почти серьёзным. Настолько, насколько для него это вообще возможно. — Самые опасные для жизни симптомы я снял, но вам стоит утащить парня в больничку. Пока он окончательно не отъехал. Жаль будет терять такой материал…
— Мне тебя поблагодарить? — ровным тоном интересуется Эдгар, прикидывая, как быстрее дотащить Ника до Дома.
— Не настаиваю, — любезно отвечает Псих. Издёвка в голосе скорее подразумевается, чем присутствует. Отвратительно. Как и всё, что с Психом связано.
— Приструни вашего подопечного. Ни капли не сомневаюсь, что это его или его друзей рук дело.
— Да, мне уже сказали. Сделаю.
Больше Псих, в одно движение вернувшийся на прежнее место, не говорит ему ни слова. Зато о чём-то вполголоса переговаривается с Алёной. Если судить по тому, как у той разглаживается складка между бровями, это явно что-то успокаивающее. Занятно… В другое время Эдгар бы даже не пожалел времени на то, чтобы повнимательнее присмотреться к этому странному взаимодействию — он не может вспомнить, чтобы Псих хоть когда-то в прошлом с кем-либо вёл себя так мирно… в особенности с девушками. Пусть даже ему и было тогда всего-то пятнадцать. Да. В другое время. Жаль, что сейчас как-то совершенно не до наблюдения за Психом в естественных условиях обитания. Или неестественных.
Эдгар поднимает Ника на руки и в сопровождении Алёны, перепуганного друга Ника, в котором Эдгар с запозданием опознаёт того парнишку, который тогда ломился в запертую дверь башни, и Саманты, которую он не сразу признал, отправляется в обратный путь. Жаль, что тут не из чего было сделать носилки, но Эдгар не думает, что не способен дотащить не самого крупного парнишку каких-то пару километров до места. Псих, как Эдгар чувствует кожей, спустя несколько мгновений присоединяется к ним. Он о чём-то продолжает шептаться с приотставшей Алёной, но Эдгар слишком занят тем, чтобы не свалиться на размокшей дороге, чтобы всерьёз пытаться подслушать.
Возле ворот их встречают охранники, которые моментально сообщают начальству. Эдгар с чувством выполненного долга сгружает Ника на руки Семёну и вздыхает, кивком головы указывая подбежавшей завхозу на Саманту, которая стоит ближе всего, предоставляя ей право объясняться. Всё равно она явно больше знает о том, что произошло. Да и будет лучше, если его собственное участие в этом всём будет считаться минимальным. Как, собственно, оно и есть на самом деле.
Эдгар оборачивается и с облегчением видит, что Псих исчез. С облегчением и лёгкой тревогой понимания, что тот обязательно теперь найдёт момент, чтобы заявиться в гости. тогда, когда это будет наименее удобно. Для Эдгара, разумеется.
— Кто этот рыжий, с которым ты ворковала? — с самым невинным видом интересуется Эдгар, надеясь, что та не заподозрит его в повышенном интересе.
— Ревнуешь? — с долей насмешки уточняет Алёна.
— Не… я — альфа, а ты — бета. Смысл ревновать?
— А, ну да. Жаль, — вздыхает она. — Жак. Жак Леруа. Только сегодня и познакомилась. Он приходил встретиться со своим племянником, но не успел…
Как занятно… племянником Псих кого обозвал? Рина? Эдгар кивает и просит рассказать подробности. И потому, что ему и в самом деле важно знать, что произошло с Ником, за которого он в некотором роде сейчас в ответе, и для того, чтобы знать про Психа.
Что ж. История, явно наскоро сляпанная Психом, слишком банальна, чтобы хоть кто-то заподозрил, что тут что-то не так. Дядя, племянник… Учитывая, что сам Эдгар тут сейчас находится по просьбе любящей тётушки, желающей разобраться в смерти племянника, в этом нет ничего странного для стороннего наблюдателя. Вот вообще. Ну, а то, что племянником выставлен Рин Атталь… Ну, а кто ж ещё-то?! Да и то сказать — все члены «Светоча» же родственники? По духу. Так что всё верно.