Но, увы здесь, как минимум, сейчас присутствует бывший член «Светоча», которого и стерва, и Псих запретили трогать. И Кот вот ни капли не сомневается в том, из-за чего… ну, или кого — тут уж кому и как нравится, само собой — тот сюда припёрся. И, как выяснила опять же Эмма, он тут не единственный.
Кот задумывается, перебирая в памяти всех, кто появился в Доме после того, как те подростки были обнаружены мёртвыми. Человек пятнадцать. Из них большая часть — уборщицы и охранники. Что и понятно — то, сколько платят… а Кот не поленился влезть в платёжные ведомости… поломойкам, если и выглядит заманчиво, то только для самых отчаявшихся, из-за чего те постоянно увольняются спустя месяц-другой, а штат охранников увеличили как раз после инцидента… Есть ещё пара учителей и библиотекарь. Которая совершенно точно тут вынюхивает что-то. Не совсем пока понятно, что именно, пусть даже подборка и указывает на область интересов, которая, надо думать, пересекается с интересами придурка-охранника. Так что минимум двое. Что до учителей… вот поди тут разберись, по какой причине они решили, что Дом — прекрасное место для карьеры? На их месте Кот бы ни за что на свете сюда и близко бы не подошёл… Но является ли это указанием на то, то они тут с отличной от желания преподавать целью? Может, да. Может — нет.
Но сейчас об этом размышлять немного не ко времени — стерве зачем-то внезапно понадобились все они. При том, что до начала действа, ради которого в последние дни пришлось носиться по городу, ещё полно времени.
Он с раздражением сбрасывает приказ стервы, отодвигая его в дальний угол верхнего слоя иллюзория, и стучит в дверь комнаты Эммы. Открывает та, естественно, далеко не сразу. Кот стоически выдерживает сонный непонимающий взгляд Эммы и разводи руками. Она вздыхает, пропуская его в комнату. Кот прикрывает дверь, падая в стоящее специально для таких посетителей, как он, возле самого входа кресло и настраивается на ожидание. И думает, что стерве надо рассылать приказы сильно заранее. Если, конечно, она настаивает на участии Эммы. Он прикрывает глаза, лишь изредка позволяя себе открыть левый, чтобы посмотреть за тем, как Эмма лениво перебирает шмотки, отбрасывая всё, что по её мнению неспособно выразить то, кем она себя ощущает в данную минуту, красится и подбирает аксессуары, по одному вытаскивая их из старой местами потрескавшейся от времени и с практически слезшей краской шкатулки и долго рассматривая. И старается при этом не смеяться. Потому что она не поймёт, обидится, расстроится и может даже попытаться его побить до того, как он сумеет объяснить, что смеётся он не над ней. Ну, и кому это надо?
Но почему стерва вызвала его так рано? До ритуала ещё — Кот сверяется с часами иллюзория, слегка ныряя в самые верхние его слои, где тут же натыкается на приказ, который теперь мигает фиолетово-зелёным цветом — часов семь. Так с чего бы спешить? Что-то успело произойти? И ведь не спросить никак — стерва терпеть не может иллюзорий… примерно, как и он сам. Но если Кот хоть как-то мирится с его существованием, признавая полезность этого изобретения, то стерва сводит его использование к минимуму. И попытки прояснить те или иные моменты кем-то, кроме неё самой, как раз-таки в этот минимум не входят. Вообще. Так что придётся маяться от неизвестности до того момента, пока они все не окажутся перед стервой.
Кот растекается в кресле, мечтая стать медузой, и чтобы никто и никогда не требовал от него чего-то, что… Ничего не требовал. Вообще.
Из комнаты Эммы они выходят минут сорок спустя. И разумеется попадаются на глаза очередным сплетницам. Которые, надо полагать, видели, когда именно он к ней зашёл… Ну… он переглядывается с Эммой, с удовольствием ловя насмешку в глубине тёмных глаз.
— Завтра опять все будут говорить только о том, кто, в какой очерёдности и как часто меня… — она не договаривает, предпочитая заменить последнее слово выразительным цоканьем. Кот ухмыляется и приобнимает её за плечи, прижимая к себе. Эмма с готовностью вжимается в его бок. Вслед им несутся возбуждённые перешёптывания, которые поднимают Коту не настроение.
В подземелье они попадают ещё минут черед двадцать, половина из которых уходит на то, чтобы проводить некстати решившую зависнуть в каминном зале парочку. Кот отстранённо думает, что как-то упустил момент, когда среди обитателей Дома появилась мода проводить романтические посиделки в этом месте. Впрочем, об этом точно можно будет поразмышлять и как-нибудь потом. Сейчас же важно, что только на то, чтобы добраться до коридоров верхнего яруса подземелья, у них уходит час с лишним. И Кот втайне мечтает, чтобы до стервы, которую ввиду скорой с ней встречи уже пора начинать звать по имени, когда-нибудь — и лучше бы пораньше — дошло, что стоит учитывать особенности некоторых своих подчинённых. Хотя он вполне себе представляет, что сте… Дагри на это скажет, только вот Коту важнее душевное равновесие Эммы, чем… что-то ещё. Потому что обиженная Эмма начинает творить фигню. И… И им всем уже достаточно того, что случилось летом. И того, что она едва не угробила пацана, которым заинтересовался Псих.