Жак как-то слишком быстро оказывается рядом. И… кажется, что он вот вообще не рад тому, как повернулись события. Алёна отмечает, что он успел подобрать нож, хотя не понимает, как именно ему это удалось — она видела, что Жак не сдвигался с места, а нож…
— Как мило, — нараспев тянет он, рассматривая рану Эдгара и одновременно касаясь крюком на ноже щеки Алёны. Она отшатывается, но не понимает, что Жак успел взять её за руку и теперь… — Наша птичка, неравнодушная к падали, нашла себе защитницу? А она в курсе, что ты из себя представляешь, Ворон? — Жак убирает нож за пояс и прищёлкивает пальцами. Эдгар падает, как подкошенный. Жак же приседает рядом с ним, не выпуская руки Алёны, из-за чего ей тоже приходится опуститься на тёмный в белых и золотистых прожилках пол. Жак протягивает свободную руку и небрежным жестом взъерошивает волосы на голове Эдгара. Тот досадливо мотает головой, пытаясь уйти от прикосновения.
— Это никого не касается, Псих, — прерывистым шёпотом отвечает всё же Эдгар, по-прежнему прижимая руку к ране на груди.
— В самом деле, — соглашается Жак почему-то тоже шёпотом. — Я… — Грохот выстрела обрывает фраз, какой бы она ни была. Жака разворачивает. Он садится и недоумённо смотрит сначала на простреленную навылет грудь, а потом на Маргарет, стоящую в нескольких шагах от них. И вот тут Алёна понимает, что это всё уже переросло в какой-то сюр. Только завхоза тут и не хватало. Хотя, если вспомнить, как она собиралась… куда-то, всё происходящее в чём-то даже закономерно. Жак сплёвывает кровь, растягивая губы в приветственной улыбке. — Ты ведь знаешь, что меня этим не взять? — ласково уточняет он, стирая с уголка рта оставшиеся красные капли.
— Но можно задержать, — отрезает Маргарет холодным тоном, который так знаком Алёне.
Жак издаёт смешок, который прокатывается по немаленькому залу, заставляя замереть всех присутствующих, а потом заходится в диком хохоте. Алёна ощущает, как по телу прокатывается волна ледяных мурашек, оседая в ногах, от чего те явно бы подкосились, если бы Алёна не не сидела по-прежнему на полу. Она опирается на выставленную руку и ловит помертвевший взгляд Эдгара. Смотрящего не на неё. Она медленно поворачивает голову и видит, как…
Как тело Жака как будто бы плывёт, изламываясь вопреки любым законам природы. Алёна чувствует, как к горлу подкатывает тошнота, когда она видит, как тело увеличивается в размерах, стремительно покрываясь истекающими кровью и гноем язвами. Жак… тварь, возвышающаяся над ними метров на пять, истерически хихикает и взмахивает одним из отростков, отправляя в полёт нескольких человек.
Маргарет, стоящая рядом с всё ещё не пришедшей в себя до конца Самантой, сквозь зубы шипит ругательства.
— Надо валить, — неожиданно трезво даже для себя самой произносит Алёна. И только после сказанного понимает, что и правда надо. Если нет желания улететь в ближайшую стену или быть раздавленной гигантской лапой твари. Только вот как именно это сделать, она не имеет ни малейшего представления.
— Здравая мысль, — соглашается Маргарет, не отрывающая взгляда от твари. — Более чем.
***
Осколок. Район дна. Дом Листьев. 4 декабря 2347 года от заселения планеты. 22:09 по местному времени.