— Это всё? — ровным тоном уточняет Сэмми, удерживая себя от желания сказать, что последнее и без неё прекрасно понимает. То, что Сесс в который раз разговаривает с ней как с нашкодившим ребёнком, заставляет стискивать зубы, чтобы не ляпнуть лишнего.
— Ну…
…В реальность Сэмми едва ли не выламывается, что заставляет стикеры нагреваться так, что Сэмми всерьёз опасается появления ожога. Что было бы совершенно некстати. Учитывая то, что те приклеены к вискам, и ожоги будут выглядеть особенно экзотично.
Ой, да к чёрту это всё! Она отрывает стикеры, краем сознания отмечая, что те лишь чуть потемнели по краям и… проклятье! Сейчас вот совершенно не получится провести очистку! Придётся скидывать из так и надеяться, что подобное не повредит… Лучше бы задействовала татуировку — меньше было бы проблем… наверное.
То, как Сесс отчитала её, Сэмми даже почти готова принять. В конце концов, она и правда не уделила времени указанным вопросам. Так что тут она с начальницей согласна. Хотя можно было бы это всё высказывать более мягким тоном… Но… Но то, что та в принципе предположила возможность союза — пусть даже и исключительно в плане продажи информации! — с сектантами, просто ни в какие ворота не лезет! Союз с этими выродками? После того, что она про них читала, а потом и видела собственными глазами?! Сэмми проходится по комнате, пытаясь успокоиться. Заодно начинает собирать раскиданные вещи и запихивать их в рюкзак. Хорошо ещё, что вещей не так уж и много…
Как Сесс вообще дошла в своих мыслях до того, что можно…
Сэмми запихивает папку с документами на самое дно рюкзака, укладывая сверху пакетик со стикерами, ванночку и остальные вещи, связанные с ними. И только потом начинает забивать оставшееся пространство одеждой, которой, к счастью, не так уж и много.
Неужели для неё совсем не имеет значения, кто сидит напротив, если этот кто-то платит? Всё равно, кому предоставлять информацию, из-за которой впоследствии могут погибнуть десятки если не сотни людей?! Сэмми с силой прикусывает губу и ойкает от вспышки боли. Перед глазами возникает картина подземного зала и…
Как вообще такое можно…
Сэмми завязывает тесёмки рюкзака, торопливо натягивает куртку, засовывает ноги в сапоги, запирает дверь комнаты на ключ и вылезает через окно. И радуется, что комната находится на первом этаже. Потому что спрыгивать откуда-то повыше она бы точно не решилась. Даже в сугроб, который, оказывается, за время, что они провели в зале, успело намести.
Сэмми закутывает голову шарфом, чтобы спасти лицо от встретившей её снаружи всё усиливающейся снежной бури, из-за которой вообще непонятно, когда начнёт светать. Это-то, конечно, ей сейчас на руку, но всё же брести куда-то наугад… Не то, чего очень уж хочется. Радует только то, что идти не так уж и далеко — всего лишь до корпуса обслуживающего персонала, где её должны ждать Эдгар и Алёна. Которые тоже не планируют тут задерживаться надолго.
Хотя Сэмми не очень-то и уверена в том, что этот самый артефакт сработает как надо. Учитывая то, что нашла его Алёна буквально перед тем, как оказалась в том зале. И, по её же словам, вообще не представляет, как тот действует.
Правда, Эдгар сказал, что… Только вот доверять бывшему, как он клянётся, сектанту у Сэмми не так, чтобы много причин… ага. А оставаться с перспективой встретиться с теми ублюдками, который внизу уже убили нескольких людей, как-то хочется ещё меньше. И если выбирать между Эдгаром и сектантами…
Она моргает, сообразив, что вот уже минут десять как стоит на пороге корпуса и пялится в одну точку. Вздохнув, Сэмми тянет дверь на себя. Сейчас главное убраться отсюда подальше — тут с Сесс она полностью согласна — а уж потом решать, оставаться ли ей в этой организации или же нет.
— Ты не торопилась, — сообщает Алёна, буквально затаскивая Сэмми внутрь комнаты Эдгара. Которая если и претерпела какие-то изменения, то Сэмми их не замечает. Всё такой же беспорядок, как и в тот раз, когда она заходила сюда, чтобы узнать у Эдгара про Жака. При мысли о последнем — вернее, при мысли о том, во что он превратился — её мороз по коже продирает. — Что-то случилось?