Она отлепляется от подоконника и пересекает комнату, начиная рыться в тумбочке. Хотя там сейчас вообще не лежит ничего. Потому что всё, что представляет хоть какую-то ценность, Йосс уже спрятала. Во избежание. Так что сейчас она по большей части тянет время, чтобы если и не вынудить новую соседку первой начать разговор, то хотя бы как-то смириться с тем, что придётся взять это на себя. Даже если очень этого не хочется.
— А… — Йосс замирает, не веря собственному счастью. Она прикрывает глаза, вслушиваясь в тающий отзвук тихого неуверенного голоса. Неужели повезло?! Йосс оборачивается и смеривает соседку внимательным взглядом. Та, впрочем, фразу не продолжает. То ли не знает, что сказать, то ли…
— Йоссора, — снисходит до ответа Йосс, понимая, что продолжения пока что не ожидается. — Лучше Йосс.
— Лиза. — Девчонка всё также сидит на краешке кровати, правда, успев отложить кошмарной расцветки кофту в сторону и теперь то стискивает покрывало, то отпускает его. Йосс практически слышит, как скрипят нити покрывала при соприкосновении с ногтями. Воображение, конечно, не более, но… Можно только порадоваться тому, что ткань на покрывало пошла достаточно качественная, чтобы пережить подобное издевательство. Будь это не так, она бы точно уже начала расползаться от подобного к ней отношения.
И что это она так переживает? Неужели Ольга Сергеевна… или кто-то ещё, что вполне себе может быть, конечно же… изменила собственному правилу и рассказала девчонке… Лизе про то, что по её мнению из себя представляет Йосс? И теперь Лиза боится лишний раз слово не то сказать? Ну… мило. Но это вообще не означает, что Лиза не может оказаться такой же любительницей пошариться по чужим вещам, как предыдущая соседка. Йосс выпрямляется и окидывает Лизу строгим — насколько это получается изобразить — взглядом сверху вниз.
— Значит так, — начинает Йосс, понимая, что не стоит повторять ошибок прошлого. — Хочу сразу обозначить. Я терпеть не могу, когда прикасаются к моим вещам. И не терплю, когда ко мне лезут в душу. Так что если планируешь навязаться мне в подруги, то можешь сразу выкинуть эту мысль из головы. То, что мы вынуждены делить одну комнату, не подразумевает необходимости общаться. Понятно?
— Более чем, — пожимает плечами Лиза пустым голосом, который царапает по сознанию своей… неправильностью? Как будто бы он не должен быть таким. Да и вообще… Ох, да какое Йосс дело до того, какой там у Лизы должен быть голос?! Можно подумать, это так уж интересно… Можно подумать, то, что у девчонки явно какое-то горе — а в противном случае она бы тут точно не оказалась — что-то меняет. Так-то тут все с подобной красотой. И строить из себя жертву уж точно самая глупая идея из возможных. — Укажи только, какие вещи являются твоими, чтобы я их случайно не коснулась. И да. Я тоже предпочту, чтобы меня оставили в покое.
— Ну, значит, уживёмся, — кивает Йосс, поясняя в несколько слов, что из вещей категорически нельзя трогать.
Собственно говоря, таковых в комнате минимум — не так уж и много получилось в своё время забрать из дома родителей, который до сих пор стоит законсервированный до её второго совершеннолетия. Если, конечно, тогда получится внести нужную сумму — которой до сих пор на счетах нет и не предвидится. В противном случае… Йосс поджимает губы, заставляя себя сосредоточиться на вещах, которые после смерти родителей удалось притащить с собой. Все они умещаются на паре полок рядом с её кроватью и в её шкафу. Это несколько статуэток, шкатулка с любимыми украшениями мамы, фотоальбом и ловец снов. Незаконченный до сих пор. Его они начали с папой за несколько дней до… Лиза кивает и, как будто бы забывает о существовании Йосс. Она некоторое время — не то, чтобы Йосс следит за этим специально, но всё же копошение соседки заставляет обращать на неё внимание — сидит на кровати, а потом принимается разбирать сумку. В которой, как видит Йосс, вещей едва ли не меньше, чем у самой Йосс было в день приезда в Дом. Потом, конечно, она сумела разжиться и платьями, и косметикой и много чем ещё, что, к слову сказать, та же Ирка не раз заимствовала, когда была уверена, что Йосс не заметит.
Йосс морщится, вытаскивая косметичку, и одним глазом продолжает следить за раскладываемыми вещами соседки.
Пара шмоток, несколько блокнотов и съёмник. К которому Лиза прикасается так, как сама Йосс дотрагивается до альбома. Это…
Это её ни коим образом не касается.