В общем, хорошо, что за последние шесть дней, что Лиза занимается вольерами — она поднимает с пола миски, которые надо тоже вычистить — не пришлось снова встретиться с этой самой Эммой. А то как-то слишком много мыслей в голове по её поводу. И мало ли во что они могут вылиться при незапланированной встрече. Пусть даже Лиза и никогда не считала себя скандалисткой. Да и вообще бы предпочла не нарываться на конфликт. Только вот… Лиза отставляет руки со стопкой мисок так далеко, как только возможно, но запах успевшей закиснуть каши и псины всё равно достаёт до носа. И приходится дышать ртом, чтобы сдержать рвотные позывы.
Нет. Она никогда в жизни не заведёт животное! Ни собаку, ни кошку, ни рыбок. Слишком это…
— День… добрый! — раздаётся весёлый голос сбоку. Лиза вздрагивает и роняет миски на землю. Те с глухим звоном катятся в стороны, рассыпая остатки еды по только что подметённому полу. И остаётся только радоваться тому, что каша уже успела засохнуть, и теперь её можно достаточно просто смести, пусть это и лишняя работа. Но если бы каша была более жидкой… Лиза передёргивает плечами, понимая, что избежала перспективы мыть пол вольера — а в том, что в этом случае ей бы пришлось и таким заниматься, она ни капли не сомневается. Она поворачивает голову и видит соседку по комнате, которая в матерчатых перчатках и с граблями, на зубцах которых застряли листики и травинки с комьями земли, с интересом рассматривает и саму Лизу, и миски. — И давно ты..?
— Дней шесть, — ровным тоном отвечает Лиза, не совсем понимая, с чего это… Йоссора вообще решила подойти. Ведь не в первый раз она видит, что Лиза чистит вольеры! Далеко не первый. Лиза прекрасно видела, как та следила за ней пару дней тому назад из другого конца двора, где вместе с ещё несколькими то ли добровольцами, то ли тоже отбывающими наказание гребла листья. Только вот подойти не решилась. В отличие от сегодня.
Йоссора качает головой и окидывает двор взглядом, щурясь. Как будто бы пытается что-то высмотреть… Что? Лиза наклоняется, собирая миски обратно в стопку. Поведение соседки по комнате она не комментирует ни вслух, ни даже мысленно. Вообще не хочется думать о том, зачем её сюда принесло. Тем более, что до сих пор Йоссора предпочитала игнорировать присутствие Лизы. Лишь, как замечала Лиза, проверяла, не трогала ли та её вещи.
Можно подумать, Лизе есть дело до её шмоток! Или над чем она там так трясётся… Лиза мысленно считает от одного до ста и обратно, надеясь, что соседке надоест её молчание, и она свалит обратно к своим листьям.
— Как ты ухитрилась вляпаться в это в первые же дни? — всё же задаёт Йоссора явно занимающий её вопрос. Она опирается на грабли, чуть отводя их так, чтобы листья и травинки, запутавшиеся в зубьях, не нападали ей на голову, и с интересом всматривается в лицо Лизы. Та жалеет, что не может сейчас отвернуться так, чтобы не выглядеть при этом обиженным ребёнком. — Сбежать попыталась? Или что?
— Куда мне бежать? — вздыхает Лиза, дотягиваясь до последней слишком далеко отлетевшей миски. И выпрямляется, глядя на Йоссору. Та пожимает плечами, нехотя сообщая, что не так давно как раз-таки пыталась сбежать, но её поймали. Из-за чего теперь она и гребёт листья. Как глупо! Если уж собралась делать что-то, за что явно влетит, то можно было заранее продумать подобные моменты…
— Тогда не представляю, что ты могла натворить… — тянет Йоссора, не делая никаких попыток помочь. Впрочем, Лиза и не рассчитывает на помощь. Тем более от соседки по комнате. — Даже за попытку побега наказывают менее строго… — Она хмыкает в ответ на внимательный взгляд, которым Лиза всё же её окидывает. Менее? Она же эти листья гребёт все те дни, что Лиза тут находится! — Ну… я потом избила свою предыдущую соседку так, что та до сих пор в медичке валяется… хотя это она по большей части всё же притворяется, конечно, — добавляет Йоссора совершенно легкомысленным тоном. — Но она в любом случае сама виновата, так что…
— Ты понимаешь, в чём сейчас призналась?
— Ну, да. А ты думаешь, прочие обитатели Дома сильно лучше? Зря ты так думаешь. — Йоссора ослепительно улыбается, и Лизе кажется, что подразумевает она сейчас всё тут же Эмму.
— Я… — Сказать? Лиза задумчиво окидывает Йоссору взглядом, отмечая встрёпанность светлых волос и крайне небрежный внешний вид в целом. И чем, интересно, она таким занималась, чтобы выглядеть настолько… В том смысле, что сгребание листвы в кучи не должно привести к такому виду — расстёгнутые верхние пуговицы на блузе, смазанный макияж и… Лиза заставляет себя не думать над этим слишком сильно, потому что мысли уже грозятся убежать в область, от которой начинают гореть уши. При том, что дальше поцелуев представить картинку не получается, но и того более чем достаточно. Нет. Не думать. Ведь вполне может оказаться, что этому есть достаточно скучное объяснение, не так ли? Тогда… Сказать всё же? — Я налетела на одну из… воспитанниц Дома. И завуч определила мне наказание…