Алёна сглатывает, чувствуя кислоту разочарования на языке.
Потом резко выдыхает, улыбается и, подхватив ведро и швабру, входит в комнату. Где застаёт Маргарет, Илону, собирающую посушенные травы в пучки, и ту девчонку, которой не повезло стать объектом травли.
Девчонка сидит, завернувшись в плед, и отпивает из кружки, держа её обеими руками. На Алёну она смотрит настороженно, но ничего не говорит. Сама Алёна только пожимает плечами и, поставив ведро около входа так, чтобы о него не споткнулся кто-нибудь ненароком, опускается в кресло, вытягивая ноги и прикрывая глаза.
Слова Маргарет, которая притворно сочувствует ей, Алёна пропускает мимо ушей — каждый развлекается как умеет.
***
Осколок. Район дна. Дом Листьев. 27 сентября 2347 года от заселения планеты. 05:55 по местному времени.
Кот замирает в дверях, выискивая взглядом среди нагромождения заполненных никому не нужным хламом коробок, сломанных стульев и развешанных покрытых пыль и паутиной, которая гирляндами тянется от стены к стене, тряпок уже успевших прийти Эмму и Блеза. Остальных, разумеется, тут не будет — не тот у них уровень, чтобы лично присутствовать при разговорах… «начальства» — Кот усмехается. Конечно, в чём-то это даже приятно — осознавать, что тебе подчиняются, но… воспринимать в таком качестве тех, с кем ещё год назад сидел за одной партой, странновато. Особенно при том, что они-то до недавнего времени искренне считали его другом. Сам он, разумеется, их никогда так не воспринимал, но это разделение всё равно ощущается некоторой скованностью при общении. Наверное, слишком мало времени прошло, чтобы привыкнуть к подобному положению вещей.
Хотя…
Кот прикрывает за собой рассохшуюся местами дверь и бесшумно поднимается по ступенькам, которые под любым другим безбожно скрипят — он усмехается, вспомнив, как Эмма высказывала ему по этому поводу. По поводу бесшумности, в смысле. И требовала обучить её тому же. Он же благополучно спихнул обучение на Блеза и с чистой совестью про него забыл. Кажется, Блез по итогу был даже ему благодарен.
Чердак этот, насколько Кот знает, не пользуется популярностью. Ни у сверстников, ни у администрации. У последней — потому что в противном случает придётся разбирать все эти завалы и тратить бюджет Дома на починку того, что, вроде как, прекрасно себе существует и без оной. Хотя, конечно, странно, что подростки, которым не так уж и много, чем можно заняться взаперти, не нашли это место. Но в этом есть определённый плюс — никто не мешает таким вот встречам. Пусть даже они все могли бы собираться и где-нибудь в другом месте как на территории острова, так и за его пределами. Но… есть что-то очаровательное в этом чердаке. Да и только тут на самом-то деле можно быть полностью уверенным, что тебя никто не подслушает. За исключением подземелий, разумеется, но туда спускаться готовы по собственной воле далеко не все. В остальных же местах от любопытных соучеников точно будет не спрятаться. А тратить время и магию н устранение тех проблем, которых проще избежать, Кот точно не хочет. Что до администрации… Директор, разумеется, в курсе этих посиделок, но предпочитает закрывать глаза на многое… за что ему, конечно, персональное спасибо от Кота.
— А ты не торопишься… — тянет Эмма, демонстративно глядя на часы под потолком. Стоящие столько, сколько Кот помнит. Часы показывают половину третьего… — И где тебя носит?
— В коридорах мрачных, — чуть нараспев сообщает Кот, из-за чего Эмма моментально мрачнеет. И Кот прекрасно её понимает — он и сам бы предпочёл вообще не знать об этом… наверное. Хотя то, что даёт пребывание в этих самых коридорах, всё же значительно превышает неприятности от нахождения там. Да и вообще — самое неприятное в коридорах это стерва, с которой приходится общаться. И Псих. Которого, по счастью, с того раза, окончившегося внеплановой встречей с Кривым Эрром, поблизости и не наблюдалось. Впрочем, и стервы хватает с головой. Кот морщится, вспомнив скрытое за медного цвета маской лицо, которое однажды имел неудовольствие видеть. И понимает, что у него сейчас трясутся руки. Ну, вот и куда это годится? Можно подумать, что это было такое уж незабываемое зрелище! Но… вот не зря всё же некоторые считают, что женщины-альфы не должны существовать. Феромоновый фон у стервы настолько сильный, что пробивает даже бет. Если, конечно, стерва не прячется за своей маской. — Эмма, душа моя, — вкрадчиво начинает Кот, с некоторой даже радостью видя, как Эмма подбирается и явно ищет пути для побега. Он чуть прикрывает глаза и считывает то, что ощущает сейчас его отражение. В эмоциях, которые Эмма и не думает сейчас прятать, творится хаос. И стоило бы, вероятно, разобраться, что вообще с ней в последнее время творится, но ведь опять не до того — времени на разговоры сейчас не так уж и много. Остаётся надеяться, что это не что-то серьёзное. И на то, что Блез, как её альфа, сможет свести на нет негативные последствия, если, конечно, они могут быть. — До меня дошли слухи, что твои подружки опять не дают кому-то спокойно жить… ты уверена, что в этом есть необходимость?