Ох, не стоит вспоминать про это сейчас! Только расстройство сплошное…
И всё же.
Штукатурку и пыль в том месте Сэмми убрала сама. И даже, вспомнив, как они в первый год проживания в осколке, вдвоём с мамой делали ремонт в выделенной им квартирке, замазала тайник гипсом, стащенным у госпожи Грин, к слову сказать. Конечно, это не те навыки, о наличии которых Сэмми бы хотелось вспоминать, но уж лучше по возможности не привлекать к себе внимания. И уж точно не стоит сообщать кому бы то ни было о находке. Впрочем…
То, что указанные в статьях события и правда происходили, ещё не означает, что в них была замешана какая-то мистика… Да какая вообще может быть мистика в городе, где и так полно магии различной и проклятий?! Где тут найти место ещё и мистике?
В том смысле, что ничем непознанным это точно не может быть, и, значит, надо просто найти рациональное объяснение. И забить на слова явно перепуганных очевидцев. В плане описания того, с чем они там встретились. В конце концов, всегда имеет место быть преувеличение, самообман, чужое влияние. Так что…
Скорее всего можно предположить, что это либо фантазии под влиянием хоть аномалий, хоть веществ потерпевших, либо нечистые на руку люди — любого рода деятельности — создающие себе определённый образ мучеников или «святых» — либо какое-то из специфических магических отклонений. В смысле — что угодно от разломов до остатков «Светоча», которые, пусть даже большинство горожан и не верят в это, всё ещё на свободе. И… что из этого предпочтительней?
Мистика! Однозначно.
От неё проблем меньше.
Сэмми перелистывает ещё пару местами успевших пожелтеть страниц, когда слышит, как дверь в библиотеку открывается. Сэмми бросает взгляд на часы и календарь, убеждаясь, что психолог сегодня точно не должен появиться, а остальные любители чтения бумажных книг обычно подтягиваются всё же позднее, и прикрывает глаза, заставляя себя не беситься по поводу внепланового посетителя, которого наверняка принесло по совершенно не связанной с книгами причине. В конце концов, может же быть так, что это пришёл кто-то, кому и правда интересны знания, скрытые в книгах? Во времена, когда все эти знания свободно можно найти в иллюзории, в это верится всё же с трудом.
Ну… почти все знания — Сэмми косится на подшивку.
Она складывает заметки обратно в папку и заталкивает её поглубже в стол прежде, чем тот, кто внезапно решил приобщиться к знаниям… или не к знаниям… заметит её. Сэмми, в смысле. Хотя папку она бы тоже не желала представлять широкой общественности. По крайней мере — до тех пор, пока не разберётся с её содержимым. Да и… обнародовать или нет — принимать решение будет Сесс.
Последняя мысль портит настроение. И по причине странного нежелания начальницы выходить на связь, и потому, что Сесс, скорее всего, не позволит широкой общественности знакомиться с подобными вещами, предпочитая продать эту инфу — как и любую другую, собственно говоря — тому, кто сможет хорошо заплатить.
Сэмми поднимается из-за конторки, где и просматривала подшивку, что, вероятно, было с её стороны не слишком умным поступком, и рассматривает нервную девчушку с двумя толстыми на зависть самой Сэмми русыми косами, которые в сочетании с формой, принятой в Доме, делают их обладательницу сильно моложе своих и без того небольших лет. Сэмми хмурится, пытаясь высчитать, сколько же лет… Учитывая, что она явно не из той группки подростков, которые тут вопреки уставу присутствуют — хотя бы потому, что все они явно обладают магическими способностями, а в Доме с прошлого года, как успела узнать Сэмми, нет достаточного количества магов, способных в случае чего их сдержать — то ей не может быть меньше семнадцати лет. Но выглядит она лет на тринадцать, а то и меньше.
— А… — девушка нервно озирается, явно прислушиваясь к звукам за дверью. Ну понятно! Прячется от кого-то! Но почему опять в библиотеке?! Они все не могут поискать другого места для пряток? Или жить так, чтобы не было необходимости от кого-то там прятаться. Ну, неужели сложно гасить конфликты до того, как те переходя в опасную фазу?
— Какой жанр литературы вас интересует? — наивно хлопая глазами спрашивает Сэмми, заправляя упавшие на глаза волосы. Которые по сравнению с толстыми светлыми косами выглядят особенно жалко. Она почти демонстративно достаёт соответствующий бланк, чтобы записать книгу, которую, ясное дело, эта девчушка и не собирается брать. Но Сэмми точно не собирается показывать, что прекрасно поняла, зачем эта девчонка тут! Пусть сама выкручивается.