Беседка на краю ущелья… Ну, разумеется! Папаша слишком предсказуем в выборе локации, чтобы можно было надеяться увидеть что-то иное. Хотя, конечно, вид на освещённые закатными лучами горы прекрасен. Почти так же, как пики тех гор, что находятся в черте осколка. Или в Старом Городе. Правда, там большую часть очарования создаёт вовсе не пейзаж. В смысле, не только он. Но горы там потрясающие. И то, что находится под ними — тоже. Кот позволяет себе на мгновение вернуться в памяти в тот момент, когда в последний раз был в Старом городе, а потом переключает внимание на папашу.
— Здравствуй, отец. Ты желал меня видеть? — Кот останавливается в выверенных семи с половиной шагах от сидящего спиной к нему отца. И старается говорить настолько вежливо, насколько хватит актёрского таланта. На которой до сих пор никто ещё не жаловался. И плевать, что пальцы сводит от желания придушить этого ублюдка.
— Со мной связался директор твоего учебного заведения, — неприязненно сообщает папаша, даже не думая поворачиваться. Что ни капли не удивляет. Было бы странно, если бы он захотел посмотреть в глаза тому, кого спровадил подальше от своей жизни. Кот усмехается, отметив также, как папаша старательно обходит в своей речи такие слова как приют, Дом Листьев и прочие названия, указывающие на суть этого места. Как всегда! Ну, конечно же — как можно признать, что сослал единственного на тот момент ребёнка в приют. Десятилетнего. Только что пережившего смерть матери — единственного человека, которого любил. — Ты избил едва ли не до смерти человека! И это не говоря о том, что ты имеешь наглость сбегать оттуда.
— Этого впредь не повторится, — пожимает плечами Кот, старательно контролируя голос. Причём не очень и понятно, что раздражает больше. То, что этот пацан портит ему жизнь, или то, что папаша решил вспомнить про этот малозначимый эпизод спустя почти месяц. Или это Старец решился известить папашу так поздно? Ох… Стоило и правда прикончить этого пацана. Меньше проблем бы было — Старец ни за что бы не стал афишировать смерть ещё одного воспитанника. Просто по-тихому бы прикопал где-нибудь… Надо будет намекнуть Эмме, что мальчишке нужно устроить немного веселья. Недельки на две-три. Чтобы знал своё место. Не смертельного, конечно, но такого, чтобы до пацана дошло, что к чему.
— Уж постарайся! Мелинде не нравится мысль, что её фамилию будут трепать в новостях! — Папаша поднимается из плетёного кресла и покидает комнату, так и не взглянув на Кота.
Впрочем, тот не очень-то и разочарован этим. Видеть рожу своего папаши он не желает. Разговаривать, впрочем, тоже. Так что и в самом деле стоит пересмотреть свои взаимоотношения с окружающими. А то ещё придётся пережить повторение этого разговора, а то и извиняться перед шлюшкой отца за то, что он, видите ли, испортил ей настроение… Кот раздражённо шипит.
Надо будет в следующий раз потратить немного времени и навестить маму… Могилу матери на кладбище в поместье.
— Какие милые семейные отношения… — задумчивым тоном сообщает невесть как оказавшийся здесь Паук. Кот стремительно оборачивается, видя, как тот прогуливается по перилам над пропастью. — Прям как у меня с моей обожаемой семьёй… Приятно, знаете, обнаружить, что не только у тебя такие проблемы… хм… — он что-то мечтательно мурлычет себе под нос.
— Мне стоит потребовать объяснения? — прохладным тоном интересуется Кот, занимая то место, где только что сидел папаша. Фантомное ощущение чужого тела, сидевшего здесь заставляет встать дыбом волосы на теле, но Кот старательно игнорирует это, концентрируясь на Пауке.
— Мне скучно, — как само собой разумеющееся сообщает Паук. Скучно?! И только из-за скуки стоит влезать в чужие дела? И он и в самом деле думает, что кто-то в такое поверит? Кот чуть слышно хмыкает. И видит, как чуть меняют положение уши Паука. Услышал. — Сыновья, — это слово он выделяет как-то по-особенному, — притихли, избранные… или предполагаемые на эти роли… тоже пока что ничего не делают. Даже моя обожаемая жена не прокляла меня сегодня… К какому городу относится эта часть иллюзория? — практически без перехода спрашивает Паук, чем почти сбивает с толку. Почти.
— То есть, вы не из осколка? — уточняет Кот. Такое… вполне себе возможно. Только вот это вообще никак не отменяет вероятности, что Паука наняли, чтобы выяснить, что из себя представляет Кот. И вполне возможно, что это лигийцы…
— Город Святой Анны. Тот, что в Каньоне Мрака. Тот, из которого нет путей наружу, — любезно поясняет Паук. Святая Анна? Это… где-то в центральных областях континента, вроде бы? Или… Кажется… кажется, до сих пор ходят слухи, что туда можно попасть из трёх точек, каждая из которых находится за много километров друг от друга… Никто не знает, что именно там происходит, если Кот правильно помнит. Ну и на кой жителю закрытого… намного более закрытого, чем осколок, города ошиваться вне пределов его сегмента иллюзория? Скука, как он и сказал? — Ну, не считая, разумеется, иллюзория, за что от меня его создателям отдельная благодарность, конечно. Ну, так во времена принесения клятвы иллюзория ещё не существовало…